Welcome to Rio Bravo 76

Наши здешние дни - только карманные деньги, гроши, звякающие в пустоте, а где-то есть капитал, с которого надо уметь при жизни получать проценты в виде снов, слёз счастья, далёких гор.

Владимир Набоков, "Дар".

Jamie Saft / Steve Swallow / Bobby Previte - You Don’t Know The Life (2019)

Три прожжёных нью-йоркских джазмена (у каждого дискография размером с простыню) выдали третий совместный альбом за пять лет. На предыдущем проникновенно бухтел Игги Поп, теперь решено обойтись без приглашённых суперстаров - врезать, так сказать, по олдскулу. На повестке дня электроорган, бас и барабаны. А так же Билл Эванс, Берт Бакарак и «Moonlight in Vermont». А так же луч солнца золотого, тихо скользящий по стёртым виниловым обложкам. А так же музыка серебряных спиц, рождённая не наживы ради, а удовольствия для.

... невозможно было объяснить, почему из хаоса мыслей одна вдруг цеплялась за другую, хотя на первый взгляд между ними нет ничего общего. Шершавый чёрный грув новоорлеанского оркестра имени Барона Субботы всё чаще украдкой вползал в сны французской отроковицы. Утром, когда дурман рассеивался, Жюльетта успевала заметить едва видимый контур на стене своей спальни.

Постепенно узор стал принимать форму ключа ...

В нескольких пьесах Сафт и его товарищи тревожат (возможно, сами того не желая) тени великих итальянских гедонистов Армандо Тровайоли и Алессандро Алессандрони, не ныряя при этом в бессмысленный и беспощадный лаунжевый омут. Один трек так и вовсе исступлённым органным драйвом напоминает The Doors. Прислушайся к нему, Жюльетта, смахни рукой паутину с дверей восприятия, отвори засовы своей внутренней темницы и приходи обновлённой на пир Диониса.

А лучше позовите Джима, Ящерицу Джима

Он споёт вам модный, самый популярный

В нашем Сан-Франциско отходняк

Доктор Уильям С. Верховцев

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

 

Top Albums of the Year (2019)

Dominik Von Senger  ‎ —  Brüsseler Platz

«False Idols.  Test of Time»  (Various Artists)

Jamie Saft / Steve Swallow / Bobby Previte  —  You Don’t Know The Life

Lambchop  —  This (Is What I Wanted To Tell You)

Mariola Membrives & Marc Ribot  ‎ —  Lorca, Spanish Songs

NOSUHA  —  Drama

«The Godfather of Odd.  A Hardy Fox Tribute»  (Various Artists)

The Crazy World of Arthur Brown  —  Gypsy Woodoo

WolfWolf feat. Dieter Meier & Martin Wanner  ‎—  Fat Fly / Tagedieb  (7'')

Zombierella's Tentative Reels  —  Suicide Commando / Zombie Cadavre  (7'')

 

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Jamie Saft     Photo by Michael Bloom

Steve Swallow     Photo by Jan Kricke

Bobby Previte     Photo by Michael DiDonna

«Penetrate», 2019 — Artwork by Svetlana Shubina

Рекламный постер, который Светлана Шубина сделала специально для корейцев Penetrate.

Robert De Niro, Bloody Mama (1970)

Де Ниро продолжал дружить с Шелли Винтерс после их знакомства в баре «У Джимми Рэя». Она интересовалась его карьерой и словно ждала случая, чтобы предложить свою помощь. К тому времени Шелли видела Де Ниро на сцене в пьесе «Блеск, слава и золото», и это зрелище её чрезвычайно взбудоражило.

«Когда он шёл по сцене, это напоминало молнию, — вспоминает Винтерс. — У меня мурашки по коже бегали. Я ничего подобного не видывала, наверное, ещё с сороковых годов, когда увидела Марлона Брандо».

«Когда я впервые встретил Бобби, он был вместе с Шелли, — вспоминает Роджер Корман. — Что меня тогда сразу поразило — это его мощь. Это был очень сильный и увлечённый актёр, и вся его жизнь словно была сконцентрирована вокруг актёрской игры, что я нечасто встречал у других. Он был прямо помешан на игре. Я не колеблясь взял его, потому что к тому моменту уже видел фильмы Брайана Де Пальма с его участием и был поражён его сосредоточенностью в работе».

Де Ниро решил поголодать, чтобы выглядеть достаточно измождённым и нездоровым для роли Ллойда. Его голодание очень обеспокоило Винтерс и Кормана, которые опасались за срыв всего проекта. Шелли Винтерс вспоминает, что Де Ниро пил одну воду, Корман говорит, что он всё-таки принимал немного пищи и витаминные таблетки для поддержания баланса в организме.

Они оба серьёзно поговорили с Робертом, после чего он несколько смягчился и ослабил режим голодания. И всё равно за четыре недели съёмок Де Ниро потерял около 12 килограммов веса. «Бобби оставался в роли Ллойда весь день, — замечает Корман. — После завершения смены, ближе к ужину, он постепенно начинал выходить из образа, но рано утром снова был Ллойдом Баркером, и так — весь день…»

Ллойд умирает первым из братьев. Он наркоман, его пристрастие к дурману всё возрастает, и наконец он погибает от передозировки. Сцена похорон, где Мамочка Баркер рыдает над телом своего мальчика, в любом случае должна была стать лейтмотивом фильма, независимо от его бюджета. Это один из самых выигрышных моментов для Винтерс, и она выжимает до капли все возможные эмоции из этой сцены. Но вдобавок было предложено, чтобы Де Ниро сам улёгся в открытую могилу для придания сцене ещё большей убедительности.

«Тут всё дело было в Шелли, — поясняет режиссёр. — Нам надо было снять пару кусков, прежде чем в кадре должна появиться Шелли. Она предупредила меня, что приедет прямо на съёмочную площадку, я не возражал. Оказалось, она с утра поехала в похоронное бюро, в полном макияже и съёмочном костюме. Я об этом ничего не знал, просто сказал ассистенту: «Мы будем готовы через полчасика. Позвони Шелли и скажи, когда ей подъехать». Короче, они её разыскали в похоронной конторе. Она подъезжает, выскакивает из машины и бежит к берегу озера, где мы снимали сцену. И при этом она вопит: «Нет, не смейте! Не смейте! Не кладите его в землю!» Я здорово опешил и говорю ей: «Шелли, это не те слова!» А Бобби Уолден сзади мне шепчет: «Осторожно, Роджер! Ты что, не видишь, она вошла в роль. Не спугни её». Это был, конечно, самый крайний случай игры по системе Станиславского, Бобби Уолден оказался чертовски прав. Я просто высказал несколько спокойных поправок, как ей лучше стать по отношению к камере. И должен сказать, Шелли была великолепна. Де Ниро мы положили в могилу сами. Я ему сказал, что если уж Шелли хочет подать эту сцену таким образом, то пусть он полежит в яме, чтобы она его видела. Ну, мы его и положили туда».

Если поведение Винтерс просто удивило Кормана, то глубокая погруженность Де Ниро в свою роль чуть было не сыграла с ним злую шутку в одной из больших сцен. Дело едва не дошло до беды. Корман захотел снять, как Баркеры удирают на машине под выстрелами, и велел Де Ниро вести автомобиль, а Винтерс — стрелять через заднее стекло.

«Бобби несётся, крича что-то, вниз по дороге, на бешеной скорости. Машину дико кидает то вправо, то влево. Шелли как бы палит из пулемёта назад. А мы с оператором привязаны на штангах по две стороны от кузова, чтобы видеть всё, и нам чертовски неуютно… Когда мы наконец остановились, я ему сказал: «Это было здорово, Бобби, но мне показалось, что ты пару раз потерял контроль над машиной. Не уверен, всё ли у нас хорошо снялось. Давай-ка сделаем ещё один дубль». И тут он посмотрел на меня — никогда не забуду этого взгляда! — и говорит: «Конечно, я терял управление, и не пару раз… Я ещё никогда не водил машину. Я же из Нью-Йорка. У меня и прав-то нет. Мне они незачем!» Так что я подумал, прикинул про себя и говорю ему: «Знаешь что, Бобби… Давай-ка мы отправим этот кусок прямо на проявку. Не будем делать дубля…»

Энди Дуган,  «Неприступный Роберт Де Ниро»  1997 г.

Kenneth Anger - Scorpio De Luxe, 2019

Kenneth Anger   2019   Photo by Floria Sigismondi

Kenneth Anger   2019   Photo by Floria Sigismondi

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Для Лос-Анджелеса Chateau Marmont Hotel то же самое, что отель «Челси» для Нью-Йорка. Кому - место Силы, кому - дом, где разбиваются сердца, кому - точка на туристическом маршруте, кому - мастеркласс по выкачиванию денежных знаков из карманов любопытных дураков (вспомните, как мурлычет, щуря глаз от осознания собственной правоты, хитрая кошка в телевизионной рекламе: «Всё равно купят»).

В конце 2019 года в здание отеля, по коридорам которого до сих пор бродят неупокоенные души голливудских небожителей, прибыл Кеннет Энгер. Он стал главным героем фотосессии канадки Флории Сигизмонди, фотографа, режиссёра и женщины-воина, отважной одиночки в чавкающей жиже новой политкорректности.

За плечами Сигизмонди клипы для Трики, Бьорк, Muse, Амона Тобина и Пейджа с Плантом. Она придумала снеговика из пепла (Sigur Rós - «Untitled #1 a.k.a Vaka»), довела кривлянья Мэрилина Мэнсона до точки, за которую вырвался измождённый юноша Петя из «Шатунов» Ю. Мамлеева («Tourniquet») и вытащила из Барри Адамсона его внутреннего Барри Уайта («Black Amour»).

Отдельно стоит упомянуть про сотрудничество Сигизмонди с Дэвидом Боуи - Флория наилучшим образом документировала jungle-встряску середины девяностых («Little Wonder») и благородный закат льва («The Stars (Are Out Tonight)» с Тильдой Суинтон в роли мещанствующей домохозяйки, внезапно одолеваемой призраками и «The Next Day» с Гарри Олдманом в сутане). Видеодуплет с альбома «Blackstar» был, скорее, прощальной телеграммой отъезжающего пассажира, а в клипах Сигизмонди 2013 года Боуи ещё мог ухватить время за тестикулы (оба видео схлопотали рейтинг 18+).

Параллельно с фотосессией в Chateau Marmont Hotel Флория Сигизмонди записывала монологи Кеннета Энгера и смонтировала из них пятиминутный ролик - вышел одновременно репортаж со съёмок и завораживающий перформанс немолодого человека.

Георгий Осипов называл одним из источников вдохновения Энгера фильмы русского визионера Виктора Туржанского - уникального мастера, в объективе которого за полвека работы в cinéma мерцали лица таких красавиц как Ольга Бакланова, Цара Леандер и Эльза Мартинелли. Бытует устойчивая легенда, что Туржанский первым в истории кино экранизировал «Дракулу» Стокера, случилось это в 1920 году в удерживаемом корпусом генерала Слащёва Крыму.

Ни одного кадра из «Дракулы» Туржанского не сохранилось, эта картина считается безвозвратно утерянной, но попытки найти хоть какое-то подтверждение её существования продолжаются и в наши дни. Как сказал голливудский архивариус Квентин Тарантино, «каждый раз, когда находят давно утерянный шедевр, его находят у кого-нибудь в гараже. Потому что гараж - это правильное место для фильмов».

Еще один источник вдохновения Энгера - экзотическая фантазия Роберта Сьодмака «Женщина Кобра». Знойная богиня техниколора Мария Монтес танцует перед гигантской змеёй и вгоняет в транс туземное племя. Человеческие жертвоприношения, пышные интерьеры, буйство красок - множество находок немецкого экспрессиониста Сьодмака возьмут на вооружение американский подпольщик Энгер, один из отцов итальянского хоррора Бава и культовые советские сказочники Птушко и Роу.

Про египетские эпизоды самой одиозной картины Энгера сказано достаточно. Намного меньше известно про съёмки в языческом капище Externsteine. В своих мемуарах Марианна Фэйтфулл, сыгравшая пробудившуюся от сна Лилит, вспоминала, как чуть не свернула шею, свалившись в наркотическом трансе с крутых ступеней. «В последний момент я совершила какое-то странное сальто, чем немало расстроила Энгера. Вероятно, он мечтал, чтоб я расшиблась насмерть - ах, какой фантастический финал был бы тогда у картины! Ну уж нет! Прости, милый друг Кеннет, не дождёшься. Моя магическая сила оказалась сильнее твоей...»

Впрочем, про этот эпизод своей биографии Энгер во время фотосъёмки в Chateau Marmont Hotel скорее всего, не упомянул.

Третьего февраля 2020 года Кеннету Энгеру исполнилось девяносто три года

Доктор Уильям С. Верховцев

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *


Kenneth Anger   2019   Photo by Floria Sigismondi

Kenneth Anger & Floria Sigismondi   2019

Бриджит Лаэ - Фотогалерея (Часть 7) / Brigitte Lahaie - Photos (Volume 7)

J'aime les grosses légumes / Il Festival erotico di Brigitte (1977)

 

Внимание! Публикация содержит материалы, не рекомендованные к просмотру лицам моложе 18 лет и людям с неустойчивой психикой. И не говорите потом, что вас не предупреждали!

Темнота Солнца / Наёмники / Le Dernier Train du Katanga / The Mercenaries / Dark of the Sun (1968)

Время от времени Эдуард Лимонов публикует в своём Живом Журнале заметки-размышления по поводу просмотренных - в кинотеатре или домашней обстановке - фильмов. Ниже представлена одна из таких рецензий.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Неполиткорректные «Наёмники»

Узнав, что этот фильм - любимый у Тарантино и Скорцезе, решили его посмотреть. Намучались, пока нашли. Оказывается, его американское название иное, "Dark of the Sun". Еле отыскали, он даже в фильмографии режиссёра Jack Cardiff не значился.

Фильм повествует об одном из эпизодов гражданской войны в Конго, когда огромная в прошлом бельгийская колония разделилась на две страны - Демократическую Республику Конго и отделившуюся сепаратистскую провинцию Катанга с её медными рудниками. Если кто помнит мировую историю тех лет, там разгуливали персонажи Чомбе, Мобуту, Патрис Лумумба. Ну естественно, фильм это закрученная для удобства зрителей выдумка. Мою вторую квартиру в Париже мне сдавала семья Uppe, беженцы из Бельгийского Конго. Я от них кое-что слышал.

На самом деле (не в фильме) руководителем колонны белых наёмников (среди них были и нацистские офицеры, война-то не так давно закончилась) был бельгийский плантатор Джек Шрамм. Во главе колонны из 1500 человек Шрамм вышел из Стенливилля. Никаких там алмазов не фигурировало, алмазы добывались южнее, наёмников было немного, несколько десятков человек. Но они умудрились в промежутке своего похода довольно легко взять крупный город Букаву с двух-с-половиной тысячным белым населением.

Фильм отличный, а по его лекалам строились позже многие фильмы и самого Тарантино. Так что недаром он этот фильм выделяет.

Почему фильм считается неполиткорректным? Там показывают кровывый разгул чернокожего племени "симба", точнее это была масса людей объединённых даже не племенными узами но скорее примитивным языческим культом львов (отсюда и назание "симба"). Ну, нечто вроде шаманизма.

Эти ребята доводили себя до экстаза наркотиками и пёрли массой под пули, считая что пули их не заденут. Часто лишь с луками и копьями, хотя винтовки и миномёты у них тоже были. А наступила эпоха антиколониализма и европейские страны уже стеснялись своего недавнего прошлого. В фильме один чернокожий (кстати, положительный персонаж) говорит белому: "Да, я спустился с дерева, спустился сам, но я убью всякого, кто попытается меня опять на это дерево загнать".

Как бы там ни было, вполне себе отличный приключенческий фильм, где много паровозного дыма, крови и различных убийств - и штыком, и пулемётной очередью и тому подобное. Сейчас такие зверства стараются от нас ограждать, не показывать.

Единственный крупный изъян в фильме - главным злодеем сделан бывший офицер-нацист, хотя наёмники немцы гибли там в Африке как и другие наёмники, в частности от рук симба. Ну нельзя всё-таки было быть такими примитивными, господа киношники, не обязательно фриц тотально негативный персонаж.

В результате этого изъяна фильм неправдиво перекосило, он превратился в борьбу против фрица. Хотя там противниками была чернокожая жестокость, накопившаяся у них против белых. К тому же это ж Африка! А война с Германией закончилась в 1945-ом. Но фильм американский и сделать главным злодеем чернокожего они не могли.

Режиссёр: Джек Кардифф   В ролях: Род Тейлор,  Иветт Мимо,  Петер Карстен,  Джим Браун,  Андре Морелл,  Кеннет Мор,  Оливье Депа,  Алан Гиффорд

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *


Rod Taylor

Peter Carsten

Yvette Mimieux & Jim Brown

Дмитрий Быков — Сто Лет Odin'очества (Часть 7)

Фрагменты программы "Один" на Радио "Эхо Москвы"

17 и 24 января 2020 г. Ведущий - Дмитрий Быков

 — 20 января исполнилось сто лет со дня рождения Федерико Феллини. Насколько его кино имеет отношение к литературе, какие можно привести параллели?

Я думаю, что кинематограф Феллини не литературен, как и большая часть итальянского кино этого времени. Из них наиболее литературный человек, как ни странно, Антониони, который и в кино оставался поэтом. Понимаете, если сравнить то, что писал Гуэрра без Феллини, и то, что делал из этого Феллини, вам станет понятно, что кино Феллини гораздо быстрее, ассоциативнее, творчески свободнее. У Гуэрры все-таки много ложной многозначительности, патетики. У Феллини гораздо остроумнее сдвиги какие-то, и, конечно, мышление Феллини – это монтаж, а вовсе не литература. Диалог играет у него роль гораздо меньшую, более того, диалог у него довольно беден.

Понимаете, когда был напечатан сценарий «Репетиция оркестра» (в «Иностранке», насколько я помню), меня поразила бедность этого сценария по сравнению с картиной. Она настолько шире, многозначнее, настолько неоднозначнее вот этот немецкий акцент дирижера в финале. Великое кино!

Для меня Феллини вообще – это душа кинематографа, и я никогда не забуду, как я три раза подряд, три дня его показывали в 1987 году в МДМ, показывали «Казанову», и три дня подряд я ходил его смотреть. Для меня это было каким-то счастьем: там в одной сцене, где карлики моют великаншу, о культуре средневековой, постсредневековой, просвещенческой Европы говорится больше, чем во всех философских работах просветителей. Потому что самый дух эпохи невероятным образом передан там, самый дух галантного века передан там, хотя это считается еще из не лучших работ Феллини.

Я очень долго и трудно приходил к пониманию «Восьми с половиной», тогда как, например, «Сладкую жизнь» (тоже ее показывали на двух сеансах подряд во время большой ретроспективы Феллини к его 70-летию) я пошел сразу же смотреть второй раз подряд, без перерыва. Потому что для меня было откровение, счастье. Просто, как говорит Андрей Кончаловский, с которым мы тоже записали неплохой, по-моему, эфир: «Дайте мне этого еще!». Не то что это прекрасно – не вопрос, – но дайте мне этого еще, это наслаждение от того, что ты дышишь этим воздухом Феллини, ты присутствуешь на картине, ритм которой совпадает с твоим сердечным ритмом.

Для меня Феллини, в общем, душа кино. Другое дело, что сегодня эта душа ушла как-то, и сегодняшнее кино гораздо менее ассоциативно, гораздо более рассудочно, сделано гораздо более железной рукой.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

 — Почему образ комиссара Мегре стал эталоном изображения французского сыщика?

Не знаю, я никогда этого не понимал. Может, потому же, почему и Холмс стал образом сыщика британского: потому что он пародирует, пародирует очень серьезно, со сдвигом, но, безусловно, очень насмешливо, основные черты британского характера – парадоксализм, эксцентрику определенную; прагматику, доведенную до абсурда.

Вот Мегре – это, видимо, такое умение пародировать французский характер в форме, приятной для этого характера. Хотя какие именно черты там пародируются – не очень понятно, Мегре ведь не самый типичный француз. Вспомним его гипертрофированную супружескую верность. Может быть, проблема в том, что Мегре старый, а Франция послевоенная – старая, какая-то она разочарованная, скептическая. Мне Мегре никогда не казался идеальным французом, но многим французам, как ни странно, он казался предельным выражением национального характера.

 — Недавно пересмотрел «Двое в городе». Нет ли здесь параллелей с «Отверженными», где Жавер преследовал Жана Вальжана?

Тут действительно это вывернуто наизнанку, потому что там как раз Габен играл Вальжана, насколько я помню. Это я не пересматривал миллион лет, первый фильм. Но мне представляется, что это скорее ироническое (или даже не ироническое, а мрачное) смещение, потому что здесь-то как раз полицейский комиссар является единственным человеком, который его поддерживал и защищал, если брать ситуацию «Двоих в городе».

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

 — Лема страшил мир человекоподобных роботов, этой теме посвящен рассказ о Пирксе «Дознание». Почему это было страшно?

Наверное, потому что робот, по Лему, утрачивал главные человеческие способности – сомневаться и ошибаться. Если вы помните, в «Дознании» Пиркс играл именно на том, что робот не умеет ошибаться. Пиркс ошибся, и ошибка оказалась спасительной. Понимаете, это как у Грина в одном рассказе: изобрели универсальную колоду карт, но эта колода дала единственный сбой, изобретатель умер. Потому что, по мысли автора и по мысли главного героя, он убил душу игры, убил ее непредсказуемость.

Вот так и здесь: убивая идею самой игры, идею психологии свободной, убивая вообще идею непредсказуемости человеческой позиции, человеческого поведения, вы уничтожаете человека, и именно поэтому мир не ошибающегося робота пугал Лема. Дело в том, что человеческая ошибка бывает милосерднее.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

 — Мне кажется, Клинт Иствуд снимает, чтобы разобраться в себе. Как относиться к таким деликатным вещам, как проституция в «Непрощенном», эвтаназия в «Малышке на миллион», эмиграция в «Гран Торино»?

Насчет проституции в «Непрощенном» – она там совершенно ни при чем, я помню, этот фильм меня совершенно поразил, это более масштабный вопрос. Вот есть этот человек, раскаивающийся убийца, раскаивающийся профессионал. Он пытается разводить кроликов, а они у него дохнут, пытается сажать картошку – картошка у него сохнет, и когда он наконец возвращается к своему прежнему делу, у него все получается.

Это немножко похоже на сюжет гриновского «Капитана Дюка», которого Иствуд, конечно, не читал, я думаю. Но попытки капитана Дюка вести святой, праведный образ жизни – они вообще никак… как там их звали, голубых братьев или еще как-то… это, конечно, издевательство.

Когда этот непрощенный раскаивается, он имеет вид жалкий. Когда он возвращается на коня и превращается снова в такого ангела смерти – он великолепен, он грандиозный убийца, – так это о том, что не всякое раскаяние принимается. Более того, что не всякий кающийся угоден богу, поскольку это очень фальшивое, очень неискреннее, очень фальшивое покаяние.

Знаете, «было двенадцать разбойников, был Кудеяр-атаман», как в знаменитой некрасовской легенде; пока каялся Кудеяр-атаман, дуб этот, который ему надо ножом разбойничьим срезать, никак не поддается. А как только он убил одного подонка –«рухнуло древо громадно, эхо весь лес потрясло». Это о том, что кому велено чирикать, не мурлыкайте. Хотя это очень грустная мысль, конечно, не хотелось бы, наверное, как-то распространять эту притчу на всю человеческую жизнь, но в самом деле: в «Непрощенном» есть эта мораль, потому что все попытки героя фарисейски каяться выглядят крайне неорганично. Стоит ему опять превратиться в мстителя – он сразу же начинает демонстрировать великолепные профессиональные качества.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

 — Что в советском мультфильме о Щелкунчике привносится в оригинальную историю? Как это связано со «Щелкунчиком» Кончаловского?

Видите ли, фильм Кончаловского о Щелкунчике, который принято считать неудачей, потому что он мало собрал в прокате, очень дорого стоил, – не знаю, мне кажется, что это удача большая – фильм Кончаловского, потому что там метафизика фашизма понята довольно глубоко. Следовало бы, наверное, как-то отдельно об этой картине поговорить, а для этого ее надо бы пересмотреть. Ее очень часто в американских университетах показывают как пример современной трактовки фашизма. Следовательно, она не пустая, прямо скажем.

 — Почему в эпоху романтизма популярны богоборческие сюжеты?

По-моему, это совершенно очевидно. Потому что появляется романтический герой, который противопоставлен и богу, и людям, и толпе. Сверхчеловек, сверхчеловек и против бога, он богоборец, и против человека. Отсюда некоторая связь романтизма с фашизмом, через колено, через философию Ницше они вот так связаны. Эволюция романтизма в фашизм наметилась на Ницше, хотя Ницше гораздо глубже и интереснее своих фашиствующих почитателей.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Вот тут вопрос про Гальдоса, Бенито Гальдоса, замечательного испанского прозаика, на кого он там больше похож – на Золя или Бальзака. Меня удивил этот вопрос, потому что аудитория чудовищно непредсказуема, она прекрасно непредсказуема: кто сейчас Гальдоса будет читать? Он, по-моему, дико старомоден.

Я-то прочел его только потому, что узнал, что бунюэлевская «Тристана»… А было время, когда я Бунюэлем просто бредил, – это было время интенсивного освоения русской культурой всяческого сюрреализма, в том числе и Бунюэля, и ретроспективы Бунюэля были везде, и «Дневник горничной» показывали, и «Млечный путь» показывали, и «Тристану», и «Виридиану», и «Этот смутный объект желания», и все это я смотрел. И он стал одним из моих любимых режиссеров; что меня умиляет в Карене Шахназарове, которого я тоже считаю режиссером очень большим, – это именно его любовь к Бунюэлю; то, что у нас общий любимый художник.

И вот Бунюэль действительно экранизировал три романа Гальдоса: он экранизировал «Тристану», он экранизировал, дай бог памяти, «Назарин» и «Альму». Из «Альмы», которая по-русски вообще не выходила (я, во всяком случае, тогда не нашел) получилась «Виридиана» – самый скандальный фильм Бунюэля. Из «Тристаны», которую я тогда же прочел (она-то переводилась) получился фильм с Катрин Денев, не имеющий практически ничего общего с оригиналом, и также он, в общем, полностью переиначил «Назарин».

И вот есть ли у художника право так далеко отходить от оригинала? Если из до дрожи благочинных, благочестивых, романтических, хороших (кто бы спорил!) испанских романов начала века у Бунюэля получились такие огненные, такие парадоксальные христианские, и при этом полные сомнений, полные вызова картины, то кто же посягнет на право художника отходить как можно дальше от оригинала? Да слава богу, что он отошел от оригинала! Да покажите вы мне сегодня человека, который способен прочесть «Тристану» с начала до конца так, как она написана. Ну ребята, ну это же дикая скука! Притом, что это в хорошем смысле благонамеренный роман.

Когда он писал цикл из двадцати своих современных романов, его больше вдохновлял, я думаю, Золя, да он и по времени был к нему ближе, нежели Бальзак. Но вы сравните безумный, кровавый, страшный и парадоксальный мир Золя, искореженный, при всем его натурализме, неповторимой авторской оптикой, и благонамеренные сочинения Гальдеса, в которых герои действительно абсолютно черно-белые. Ну это, мне кажется, совершенно невозможное сравнение. Если режиссер отошел от оригинала, то благо такому режиссеру и дай бог ему всяческого счастья. Надеюсь, что я никаких фамилий не перепутал и не исказил.

Franco Nero & Catherine Deneuve   Tristana (1970)

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Оригинал программы от 17 января (полностью)

Оригинал программы от 24 января (полностью)

Аквариум для русалки или куда приводят мечты

Valeriia Karaman   Photo by Maxim Getman

Valeriia Karaman   Photo by Maxim Getman

Valeriia Karaman   Photo by Maxim Getman

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

А вы любите, девки, море

И балтийских моряков

Ведь моряки смеются стоя

Вдоль скалистых берегов -

пел Борис Борисович Гребенищков в далёком 1989-м на премьере второй части перестроечной трилогии Сергея Александровича Соловьёва. Уложенный в кому классический Åквариум бодро тряхнул ещё не седыми бородами и грянул попурри из русско-советской классики под задорное кантри. Авдотья Натальевна Смирнова (тогда она звала себя так и жгла в кордебалете оркестра мусульманского джаза «Тупые») гарцевала юной барыней за спиной поймавшего волну куража Гребенщикова, строчки про балтийских моряков вызвали взрыв хохота у обычно невозмутимого Дюши Романова. В общем, шоу удалось на славу.

Так вышло, что на концертное видео Åквариума (вроде бы утерянное, а теперь вот собранное из рассыпающихся VHS-плёнок) я наткнулся за день до того, как посмотрел новый фильм Роберта Эггерса «Маяк». Чистой воды случайность, которая, тем не менее, позволяет подкинуть свежих ветвей в тлеющий ворох версий и трактовок странных событий, случившихся посреди холодных пейзажей Новой Англии. Оказывается, что от русской частушечно-алкогольной психоделики до лавкрафтовских хребтов безумия расстояние не такое уж и большое, всего-навсего несколько морских миль.

Опытному психонавту - как и бешеной собаке - семь миль не крюк.

Коитус с русалкой, ставший закономерным итогом хардового алкомарафона, возможно, лишь эхо давнишней шутейной прозы жизни made in Russia. Пусть никого не вводит в заблуждение глагол «смеются» по отношению к морякам. Понятно, что БГ подразумевал совсем другое действо, но решил не дразнить гусей и наряды конной милиции. Время любви ещё не пришло.

Симптоматично, кстати, что быстрее и громче всех на тезис про смешливых моряков отозвался именно Дюша Романов - самый лояльный к крепким напиткам человек в Åквариуме. Камера в этот момент снимала лидера коллектива, но спутать Дюшин смех с чьим-то другим вряд ли возможно.

За пару лет до описываемых событий Роберт Де Ниро неожиданно продинамил своего товарища Мартина Скорцезе со съёмками «Последнего искушения Христа». Причиной демарша стала роль Луи Сайфера в «Сердце Ангела». Великий хамелеон Бобби сказал, что даже для него сыграть Спасителя и его вечного антагониста с перерывом всего лишь в два года - это too much.

В этот момент из тени выглянул скуластый камикадзе-виртуоз, и сделал то, на что не решался маэстро Де Ниро. Имя ему - Уиллем Дефо.

Нужна какая-то особая отвага (про слабоумие речь, понятное дело, не идёт), чтобы после роли Христа сверкать гнилым оскалом у Линча в «Wild at Heart». Кто хоть раз видел сцену, в которой Бобби Перу со сладострастным цинизмом пальпирует белобрысую дылду Лору Дерн, наверняка понимают, о чём разговор. Ну а те, кого миновала чаша сия, пусть довольствуются диетическим творожком про человеков-пауков и тщательно пережёвывают пищу.

В начальных сценах «Маяка» Уиллем Дефо похож на дальнего родственника Гребенщикова из «Двух Капитанов - 2». Довольно быстро становится ясно, что этот «кузен Бенедикт» - наглухо спившееся и оскотиневшее существо, совместная работа с которым не сулит ничего хорошего. Капитан Курёхин отбыл на спецзадание и некому рассказать одинокому усачу Паттинсону про японских онанистов и секс с эстонским жуком-древоточцем. Приходится обойтись русалкой ...

Ну и о русалках. Морскую деву в фильме Эггерса сыграла украинская модель Валерия Караман. Похоже на новый тренд: сибирячка Шарлин Темпл пляшет и матерится в «Экстазе» Гаспара Ноэ, Саша Лусс шарашит с двух стволов и сталкивает ЦРУ и ФСБ в «Анне» Люка Бессона, Валерия Караман машет хвостом и отдаётся Роберту Паттинсону среди бушующих волн (но это не точно).

В паузах между дефиле и фотосессиями украинская нимфа поёт в группе Стеклобой (вышло два сингла - «Подъездное детство» и «Глюки», оба 2019 г.) и делится мыслями у себя в инстаграмме (пишет на русском, английском и почему-то итальянском языках). Сцену с Паттинсоном Валерия комментирует так: «Сука, этот хвост весил 20 - 30 кг и было очень больно и долго его носить».

Но если про это не знать, можно долго быть молодым.

Доктор Уильям С. Верховцев

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Robert Pattinson & Valeriia Karaman   The Lighthouse (2019)

Willem Dafoe   The Lighthouse (2019)

Борис Гребенщиков  2019

Маяк / The Lighthouse (2019)

Режиссёр: Роберт Эггерс   В ролях: Уиллем Дефо,  Роберт Паттинсон,  Валерия Караман

Герметичный артхауз в ретро-колорите моряцких баек.

Конец 19 века, маяк где-то на краю океана. К старому смотрителю (Уиллем Дефо) присылают молодого подчиненного (Роберт Паттинсон). Шторм, еды мало, спирта много. Персонажей начинает поглощать алкогольный делирий, а излишне доверчивого зрителя бездна разверзшихся смыслов. С размаху чаще сравнивают с отечественными фильмами "Как я провёл этим летом" и "Зелёный слоник", и причины свои есть, но сходство лишь поверхностное.

Мне "Маяк" показался такой постмодернистской игрулькой, хорошо сыгранной, стильно исполненной в квадратном чёрно-белом кадре - которая забавляет и увлекает в первой половине, во второй же оставляет со скептическим прищуром, ещё если учесть, сколько там можно списать на белую горячку. Знаком сей приём - наметить побольше могучих метафор карандашиком, разбросать по поляне, зрителю нужно лишь ткнуть в нужную, найти опорные моменты, обосновать, по желанию, повоевать со ткнувшими в пункт рядом.

Сам автор нарезает круги хитрым умелым угрём, и четкую пролетарскую позицию не заявляет - каждый волен толковать по желанию. Так что кому Нептун, взывающий к почтению, кому Прометей, умыкающий огонь, кому криминальное раздвоение личности, кому курсовая на тему исследования мужского бессознательного в ограниченных локациях, крепленая фрейдистским символизмом, кому медицинский плакат о вреде чрезмерного употребления спиртосодержащих жидкостей, а кому-то просто русалка.

В принципе, это разрабатывает какие-то тропинки мышления, наверное, но вот от по-человечески сострадательного отношения к героям уводит. И претензия на честную притчу, считаю, не сработала — притча не обязана рубить с плеча, но и компилятивность ей скорее вредит, выдает ориентацию на пресыщенных любителей интеллектуальных ребусов. Так что до шторма — хорошо, после шторма - история слегка даёт фестивального петуха с щупальцами.

Автор вместо того, чтобы от души дорассказать историю всё пытается сыграть со мной в какую-то игру, а уже и не очень хочется. Поэтому увы, лишь скептический прищур. Что в фильме ценно - не артхаусные изыски постановки, а внимание режиссера Роберта Эггерса к местечковому фольклору, что хорошо сработало в предыдущей его работе "Ведьма", надеюсь, проявит себя и в будущем.

xraptor ( Живой Журнал автора )

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Willem Dafoe

Robert Pattinson

Valeriia Karaman