Детские годы

Сколько себя помню, они вечно были серыми, жесткими и почему-то всегда пыльными. Там и сям торчали колышки с вкривь прибитыми фанерками, по трафарету исписанными грозными словами: "По газонам не ходить!" и "Траву не мять!". Ниже обязательно присутствовали загадочные цифры, несомненно таящие в себе некий тайный смысл, неведомый простым смертным.

В пятилетнем возрасте прочитав "Остров сокровищ", я нисколько не сомневался, что эти цифры имеют непосредственное отношение к зарытым кладам, нужно лишь иметь карту, и, наложив на нее путеводные вешки, поймешь, где именно запрятаны сундуки того самого Флинта. А уж в первом классе, буквально проглотив на уроке рисования "Золотого жука" Эдгара По, я на полном серьезе пытался вывести из сочетания цифр запутанные послания капитана Кидда.

Два раза в год, перед майскими праздниками и ноябрьскими, окрестные жители собирались на странное мероприятие "субботник". Управдомы выдавали теткам неприподъемные лопаты на кривых черенках, растрепанные метлы и ржавые грабли с непременно отломанным зубцом посередине.

Мужики кучковались отдельно, сбиваясь в тесные коллективы из трех - пяти человек. Один ненадолго исчезал, его ждали, нервно жуя "Беломор " и негромко матерясь в адрес начальства, жен, непоседливых ребятишек, шмыгавших взад - вперед, а дождавшись, радостно ржали, хлопали по плечу и, воровато озираясь по сторонам, уходили в кусты, где виднелась синяя крыша полуразвалившейся беседки.

Ближе к вечеру матери сзывали нас пронзительными голосами, а мы шныряли в зарослях, подглядывали за пьющими пиво пэтэушниками и собирали бычки, дабы преподнести их Гоше Бройлеру, а уж он благосклонно принимал наши скромные дары, освобождая на пару дней от неизбежного получения подзатыльников.

На газонах в разнообразных позах отдыхали наши соседи, отцы, а иногда и старшие братья, те самые пэтэушники, перебравшие "Жигулевского", "Московского" и "Исецкого". Других сортов мы и не знали. Конечно, находились особенные люди, что хвастали, как на курорте попивали чехословацкое пиво или, служа давным-давно в Германии, видали такое разнообразие напитков, какое на Родине было просто невообразимо.

Их слушали, молча и с явным недоверием, а потом дружно били и придумывали обидные прозвища, вроде "курортник" и "фриц".

Один раз, году в восьмидесятом, на траве корчился тщедушный мужик, скрипящий зубами и зажимающий живот, из которого струйками плескала красная жидкость. Мать утащила меня за руку от столь страшного зрелища, а по пути мы узнавали от сбегающихся зевак, что этот мужик полез в винный отдел не в очередь, вот и получил сапожным ножом прямо в печень.

Где-то с неделю снился он мне, пока новые впечатления не вытеснили его из памяти.

С прошествием лет, цифры на фанерках обрастали нулями, пэтэушники возвращались в цинковых гробах из какого-то потустороннего Афгана, мужики тихо спивались, а управдомы в подвалах подведомственных им домов мутили свои тайные делишки.

На газонах все чаще стали появляться тела крупных парней с бритыми затылками, в ярких пиджаках, и крови было уже значительно больше, она лужицами вытекала из под них, но это мало кого привлекало, так, пяток старушек, для остальных же становилось обыденным зрелищем, менее интересным, чем "Рабыня Изаура " или очередной чемпионат мира по футболу.

Газоны оставались все такими же серыми, жесткими и пыльными.

А потом пришло новое время. По ночам на газонах толпились разномастные проститутки под надежным присмотром юрких сутенеров, доброжелательно показывавших страждущим клиентам товар лицом. Да и не только лицом.

Днем газоны заставлялись впритык рекламными "ГАЗелями", с ярко разукрашенных бортов которых щерились на окружающую мрачную действительность заморские жизнерадостные котики, гламурно завитые собачки, а также целеустремленно дебильные рожи всяческих кандидатов и делегатов, с присущей им ловкостью сумевших убедить сторонников и соратников на необходимость скинуться вкруговую, дабы лоснящиеся рожи были изготовлены и размещены на многострадальных лужайках Родины.

Прохожие мало заморачивались этим глянцевым великолепием, будучи озабочены иными побуждениями и стремлениями, а именно: необъяснимым желанием выжить.

Странное это желание никак не выветривалось из косматых голов соотечественников, несмотря на титанические усилия как кандидатов и делегатов, так и власть предержащих гениев, каждые полгода изобретавших новые, более изощренные методы к окончательному решению всех вопросов благоустройства, процветания и изобилия.

Иногда по газонам вихрем проносились странные личности.

То бородатый мужик с автоматом "Калашникова", а то обдолбанный чувак в парадной форме эсэсмана или вдрызг пьяная черлидерша с аккордеоном на плече. Впрочем, такие типы не задерживались на благоустраиваемых по европейским образцам обочинах, а по живости и неуемности характера быстренько сваливали на поиски авантюр иного характера.

Большие люди из окон лимузинов и вертолетов оптимистично отмечали растущее процветание и изобилие, в порядке самокритики мужественно признавая отдельные недоработки и недостатки и сурово призывая покончить раз и навсегда с пережитками проклятого социалистического прошлого. Но в связи с тем, что их транспортные средства развивали безумную скорость, до прохожих доносились лишь обрывки выкрикиваемых на ходу лозунгов и призывов, вроде "...в рот..." или "...мать..."

Случалось, газоны испытывали настоящее столпотворение из разнообразных ног.

Они сладострастно топтали подстриженную траву родного города, не в силах добраться до ненавистных лужаек Елисейских Полей и Белого Дома. Лозунги и призывы были весьма схожи, те же "...в рот..." и "...мать...", даже и адресаты были схожи до полного совпадения индексов и йандексов.

И ведь никому, абсолютно никому не пришло в голову поинтересоваться у самих газонов, того ли они хотят, для того ли их выращивали, сберегали и лелеяли. Вот и я спрашивать не буду.

Ад Ивлукич

Bernard Buffet - Tête de clown, 1955

Опять океан без конца, без края.

94-е сутки рейса. Тесты на «Эстетический отклик».

Картина Бернара Бюффе «Голова клоуна».

Смесь иронии и грусти в глазах. Раскрашенное лицо — алый треугольник носа, розовый четырехугольник рта, зеленый подбородок, рыжий парик, тощая длинная шея.

Репродукция «Клоуна» висела на стенке каюты Ниточкина и Диогена.

Ниточкин спал на верхней койке. Диоген стоял рядом с записной книжкой в руках и карандашом.

Ниточкин сквозь сон бормотал: «Рыжие прусаки, вперед!.. Воды долей… Плескаются… Черные отходят…»

Диоген впился в лицо Ниточкина сосредоточенным взглядом, но уловить суть Петиного сна он не мог.

Петя завозился в койке. Очевидно, чужой взгляд тревожил его. Диоген быстро спустился на пол каюты и, схватив ножницы, принялся вырезать что-то из иллюстрированного журнала.

— Черт! — сказал Петя, вытирая пот со лба. — Опять он меня победил!

— Кто? — спросил Диоген безразличным голосом.

— Да мы с ним в коммуналке после войны жили, друг мой. Тараканов было много. Мы морские бои устраивали. Наделаем бумажных корабликов, пустим в таз. Я на свои рыжих прусаков сажаю, а он себе черных выбирал…

Бывший тараканий флотоводец, зевая, сполз на пол и улегся рядом с Диогеном. И оказался сразу и в Лувре, и в Прадо, и в Эрмитаже…

Рафаэли, Ренуары, Гойи, Леже и Шнайдеры были разложены по всей каюте.

— В Торонто был проведен интереснейший эксперимент, — сообщил Диоген. — Кодовое название «Включайтесь в игру!». Хотите участвовать?

— Ага.

— Вы должны по десятибалльной системе выразить мнение об этих шедеврах. Таким простым способом ученые проникли в самые таинственные глубины психологии современного и ультрасовременного общества. Вот, например, «Даная» Рембрандта. Сколько баллов вы ей поставите? И куда повесите, если я ее вам подарю?

Ниточкин, косо глянув на «Данаю», поднял с пола голенькую «Ню» неизвестного художника.

— Вот эту я взял бы к нам буфетчицей, а «Данаю» можешь оставить себе. Больше двойки она не тянет.

— У вас, Петя, пониженный эмоционально-эстетический отклик, — как можно мягче и даже с сожалением произнес камбузник.

— Диоген, ты забываешься. Я уже, считай, штурман, а ты только ассенизатор и водовоз.

— Простите, Петя, я не хотел вас обидеть.

— И сними клоуна со стенки, богом прошу! — сказал Ниточкин. — Меня его взгляд пугает по ночам.

— Это Бернар Бюффе! — теряя обычную послушность и мягкость, сказал Диоген. — И знаете, почему вы его боитесь? Вы на него похожи!

Ниточкин поднялся с пола, долго изучал себя в зеркало, сравнивая с клоуном на стенке, потом вздохнул и сказал:

— Н-да… не говори только об этом сходстве моей Лизавете в Питере.

— Вы никогда не женитесь, Петя!

— Это почему?

— У вас ранняя седина — раз, вы бреетесь старыми бритвами — два и снимаете обувь, уже лежа в кровати, — три! Но главное, вы не оценили Данаю. Если вы не понимаете зрелой женственности, вы не будете мужем и отцом.

— Не «на кровати», а «в койке», — поправил Ниточкин. — Знаешь, Диоген, иди к капитану. Старик до смерти любит всякую мистику и разные такие игры.

— И пойду, — сказал камбузник решительно. — И я уверен, что Фаддей Фаддеич поставит «Данае» десятку! Он, конечно, ничего не понимает в живописи, но у него врожденное чувство вкуса…

Виктор Конецкий 

«Через звезды к терниям. Литературный сценарий кинокомедии»

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

10 июля 1928 года родился французский художник Бернар Бюффе

Маша Макарова - Искусство быть посторонним

Меня не интересуют ни менты, ни политики, ни бизнесмены. Вся вот эта канитель Вавилонская ... Пошла она со своими головняками и шумоголовостью, со своими этими кризисами. Меня это не касается. Вообще. Никак.

Маша Макарова, 2009

Шведские Стволы / Придурки из Швеции / Swedish Dicks (2016)

Режиссёры:  Петер Сеттман,  Йон Холмберг     10 серий

В ролях:  Петер Стормаре,  Йохан Гланс,  Вивиан Банг,  Фелиша Купер,  Трейси Лордс,  Киану Ривз,  Джейн Леви,  Карло Рота,  Эрик Робертс,  Энтони ЛаПанья

*     *      *      *      *      *      *      *      *      *

Северное Буги

 

Вам, молодым, всё это не понять

Вы это всё не пережили...

НОМ  «Жили-Были»  2018

Во время съёмок фильма «Кровавое проклятие-2» погибает каскадёр Текс Джонсон (Киану Ривз). Ингмар Андерсон, его лучший друг и коллега из Швеции (Петер Стормаре), винит во всём себя и навсегда уходит из кинобизнеса. Он открывает в Лос-Анджелесе частное детективное агентство «Шведский Ствол», но и на новом поприще скандинавского громилу ждут сплошные неудачи.

Время от времени Ингмар подумывает застрелиться или продать себя на органы. Всё меняется, когда он встречает Акселя - умеренно известного ди-джея в самом разгаре экзистенциального кризиса. После долгих препирательств и короткой перестрелки в полуночном баре двое северян решают объединиться.

Итак, обновлённое детективное агентство «Шведские Стволы» начинает свою работу!

«Стволам» помогают дочь Ингмара Сара - адвокатша с миловидной внешностью и железной хваткой, а так же суровая азиатка Сан - бывшая работница министерства пропаганды Северной Кореи. Ну а в качестве извечной конкурентки выступает стервозная блондинка Джейн МакКинни (Трейси Лордс) - хозяйка лучшего (как она считает) детективного агентства в городе.

Со времён легендарного лейтенанта Фрэнка Дребина улицы Лос-Анджелеса не видели такого смертоносного шоу, как Ингмар Андерсон и его фантастические усы. Порою кажется, что усы существуют в какой-то своей обособленной реальности, в то время как их владелец, похожий одновременно на Рона Джереми, Вилли Токарева и концертного директора группы Motörhead, матерясь и прихрамывая преследует очередного негодяя.

Аксель, «Ствол» №2, он же «Человек, который принял бюстгальтер за телефонную трубку». Без остановки болтает, глушит антидепрессанты, излучает позитив. В одежде предпочитает стиль, за который самые разные люди не сговариваясь называют его педиком (на самом деле это не так). Периодически пытается развеселить своего коллегу и посылает в офис «Шведских Стволов» то человека-робота, то ансамбль уличных мексиканских марьячи.

Клиенты убойной парочки не менее колоритны. Слепой муж-ревнивец, подозревающий жену в измене. Пара лесбиянок, от которых ушла дочь. Порностарлетка Тейлор Слоу, преследуемая набожной провинциалкой Рут, похожей на неё как две капли воды (мини-бенефис Джейн Леви, сыгравшей обе роли). Мужик, оплакивающий пропажу своего лучшего барана-производителя по кличке Рассел Кроу.

Johan Glans & Peter Stormare

Traci Lords

Keanu Reeves

Vivian Bang

Peter Stormare

Праздник пришёл на улицу тех, кто до сих пор хранит как реликвию VHS-кассету со всеми тремя частями «Голого Пистолета». Тех, кто пожимал плечами над бесконечной сагой про американские пироги. Тех, кто лишь посмотрев «Омерзительную Восьмёрку» с удивлением понял, что Ченнинг Татум - это не женское имя. Тех, кто среди ночи без запинки повторит задание адмирала Бенсона: «Если что-то пойдёт не так, то ваши запасные цели - это фабрика по производству аккордеонов и школа пантомимы».

«Бодрость, тупость и задор» - девиз ленинградских некрореалистов как нельзя лучше подходит дуэту скандинавских берсерков. Особенно крут Петер Стормаре, наконец вырвавшийся из гетто яркого харизматика второго плана («Фарго», «Армагеддон», «Американские Боги») на простор главной роли. И ничего, что роль эта - бирюк, ретроград и мизантроп в одном флаконе. Главное, здесь есть где развернуться, а уж Стормаре как пограничный пёс Алый - постарается.

Старорежимный усач Ингмар в какой-то степени брат по оружию нагиевского физрука Фомы и национального героя мексиканского народа Мачете. Все они тоскуют по тёплому ламповому прошлому и чувствуют себя чужими в современном мире айфонов, твитов и прочей хероборы. «Чёртовы сосунки!» - повторяет раз за разом свою мантру шведский ветеран. И без колебаний хватается за пистолет.

Мачете не твитит.  Ингмар тоже не твитит.  Ему и без ваших твитов есть чем заняться.

На протяжении десяти серий двое северных мужчин и примкнувшая к ним нервная азиатская женщина умудряются наворотить на улицах Лос-Анджелеса массу дел. А именно:

Напоить мочой Трейси Лордс

Вступить в секту «Голубые Небеса» и с треском вылететь из неё

Попытаться обмануть детектор лжи с помощью канцелярской кнопки

Пострелять из лука по живым мишеням в офисе конкурентов

Наблевать в погребальную урну

Получить иск с обвинением в плагиате от продюсера порнофильма «Шведские Стволы»

В ответ наслать на продюсера и всю его студию сверхкорейское проклятие

Заявиться в среднюю школу под видом студента по обмену из Швеции

Втереться в доверие к русскому мафиози и заглянуть в чёрную бездну его задницы

Незаметно подменить барана, принесённого в жертву сатанистами, на его двойника

«Разрушение частной собственности, незаконное вторжение, сексуальные домогательства с бетонным членом в руке... Какого чёрта вы там делали?»    (х/ф «Голый Пистолет», 1988)

Спи спокойно, Фрэнк Дребин. Твой пистолет в надёжных руках.

Доктор Уильям С. Верховцев

P.S.  И всё же с уринотерапией для Трейси Лордс получился перебор.

*       *       *       *       *       *       *        *       *       *


Peter Stormare & Traci Lords

Johan Glans

Jane Levy

Eric Roberts

Felisha Cooper & Peter Stormare

Brad Pitt & Leonardo DiCaprio, «Once upon a time in Hollywood» (Backstage)

Брэд Питт и Леонардо Ди Каприо на съёмочной площадке нового фильма Квентина Тарантино «Однажды в Голливуде». Июнь 2018 г.

Премьера фильма запланирована на лето 2019 года

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Брэд – замечательный актёр и сейчас находится на пике своего актёрского мастерства. Мы начинали с ним одновременно: его заметили после "Тельмы и Луизы" в 1991, я засветился со своими "Бешеными псами" в 1992. С тех пор я слежу за его карьерой.

Были моменты, когда я смотрел на Брэда сквозь пальцы, сложенные в рамку и думал: "О, мой Бог, я чувствую, наверное, то же, что и Сидни Поллак, когда он снимал "Иеремию Джонсона" с Робертом Редфордом в главной роли". Брэд обладает уникальной способностью – он весь светится, когда на него смотришь через видоискатель камеры.

Квентин Тарантино, 2009

На съёмках мы все, и немцы, и французы, и я, реднек из Теннесси, чувствовали себя прихожанами церкви Тарантино. Он, оказывается, когда-то бросил школу и до сих пор продолжает образование посредством кино.

У него потрясающая память – помнит разговор, который состоялся между нами 10 лет назад. Он даже помнит таблоидную заметку, напечатанную, когда мы стали встречаться с Робин Гивенс. Она только что рассталась с Майком Тайсоном. И в том таблоиде дали заголовок «Самый испуганный человек в Америке», а сопровождали его огромное фото озверевшего Тайсона и моя малюсенькая фотография.

Брэд Питт, 2009

Ди Каприо нравится, как я пишу, так что, когда я закончил свой сценарий, он сам позаботился о том, чтобы получить роль в этом фильме.

Квентин Тарантино, 2013

Все актёры любят работать с Квентином. Тебе это каждый скажет, кто когда-либо был у него на площадке. Ты знаешь, у него есть совершенно определённое представление о том, каким должен получиться его фильм. Он очень специфичен в деталях и нюансах. Но если актёр приносит ему идею, которую он считает достойной применения, то Квентин сделает её генетической частью картины.

Леонардо Ди Каприо, 2013

Я чёртов везунчик. В нашей профессии не многим удаётся делать то, что им нравится, — есть заказчики, продюсеры… А я делаю всё, что заблагорассудится. Я творец, а не просто ремесленник. Вы не представляете, как сложно этого добиться в кино, особенно в США.

Для меня важна моя фильмография. Когда я уйду на пенсию — а я уйду на пенсию! — хочу, чтобы мне не было стыдно за то, что я снимал. Хотелось бы, чтобы фильмография была целостной, одинаково достойной на протяжении всей моей карьеры. Терпеть не могу, когда режиссёра начинают разбирать по периодам: «Ну да, молодым он снимал что надо,— крутой чувак. А вот на старости лет, конечно, скис старик, да…» Вот не хочу такого.

Квентин Тарантино, 2009

Françoise Dorléac, 1964. Photo by Peter Basch

(21 March 1942 — 26 June 1967)

Теперь оставалась не новая для меня проблема героини. Мне очень хотелось взять совершенно неизвестную актрису. Я перепробовал множество молоденьких девушек и фотомоделей, но ни у одной не хватало профессионализма.

До начала съёмок оставалось всего несколько дней, и я уже почти отчаялся, когда услышал, что Франсуаза Дорлеак, сестра Катрин Денёв, как раз приехала в Лондон. Хотя мне не хотелось, чтобы Терезу играла француженка, сценарий можно было легко переделать. Я нанял её без проб, и всё было готово к съёмкам.

Холи-Айленд, называемый еще Линдис-фарн, - странное место. Говорят, там обитает множество духов. Его небольшая сплочённая община насчитывала менее трехсот человек, в основном это были фермеры, рыбаки, браконьеры и мародёры, и они не любили, когда чужаки задерживались на острове дольше, чем на день-другой.

Наша съёмочная группа заняла практически всё свободное жильё на острове. Я потребовал себе трейлер, который расположил в уединённом местечке вблизи кладбища. Отношения в группе были не из лучших, и я с самого начала понял, что после работы нам лучше не общаться.

У Франсуазы Дорлеак были свои странности. Она прибыла на Холи-Айленд с двадцатью чемоданами и почти совершенно лысой собачонкой чихуахуа, которая огрызалась и скулила. Франсуаза контрабандой провезла её в Великобританию в сумочке, нарушив закон о карантине.

Во время месячных Франсуаза невыносимо страдала и целыми днями не могла работать. Несчастная и скучающая, она сразу же невзлюбила и Стэндера, и Плезанса.

Напряжение достигло предела в сцене, где Дики снимает ремень и порет Терезу за то, что она зло подшутила над ним. На репетиции Стэндер начал бить актрису всерьёз. "Да ведь это же только репетиция!" - кричал я. Стэндер возразил, что Франсуаза слишком извивается.

Нам пришлось сделать несколько дублей. Догнав Франсуазу и повалив её на каменный двор замка, Стэндер должен был усесться на неё и избить. Когда дошло до съёмок, он ударил её пряжкой ремня, причинив настоящую боль.

Франсуаза сопротивлялась. Колени были разбиты. Вдруг в середине этого реалистического дубля Стэндер остановился и поднял голову. "Ты, сука, - сказал он. - Ты задела моё колено". Чувствуя, что окружающие готовы выбить ему все зубы, я остановил съёмки.

Стэндер захромал прочь. Франсуаза к этому времени уже рыдала. "Ну что я могу сделать? - обратился я к ней по-французски. - Он ведь сумасшедший". Поняв, что слишком далеко зашёл, Стэндер извинился. Кое-как нам удалось закончить сцену без дальнейших инцидентов.

Вскоре Франсуаза заявила, что у неё выпала пломба. Поскольку доверяла она лишь французским дантистам, то выпросила себе два дня. С огромным трудом мы изменили график, и она улетела в Париж. Мы не знали, что собачонку она взяла с собой. Всё шло хорошо, пока в Хитроу офицер таможни не проверил её сумочку, за что и был укушен собачкой.

Франсуазу задержали. Чихуахуа отправили обратно в Париж, отчего Франсуаза стала ещё несчастнее. Успокоение в конце концов она нашла лишь в объятиях нашего ассистента режиссёра.

Франсуаза не возражала против того, чтобы сниматься обнажённой с Плезансом в спальне, но на пляже не желала появляться без одежды. Я убедил её, что снимать её будут лишь издали.

Потом она решила, что вода слишком холодна. Я пояснил, что от неё требуется лишь сбросить халатик и побежать к морю. Как только она окажется вне поля зрения камеры, панорамирующей за мужчинами, она сможет выйти из воды. Потом ей нужно будет снова появиться в кадре мокрой и набросить халатик, будто она только что купалась.

Мы снимали третий дубль, когда мне сказали, что Франсуаза потеряла сознание.

"Приведите её в чувство!" - прошипел я. Меня волновало лишь, чтобы она появилась в кадре в нужный момент. Когда же этого не произошло, съёмку пришлось остановить. Мне было очень досадно, потому что это был наш лучший дубль.

Все преувеличенно суетились вокруг Франсуазы. По-видимому, она упала в обморок от холода, и все старались дать мне понять, что я чудовище. Плезанс от имени остальных выступил с официальным протестом. Поговаривали даже о забастовке, хотя на следующий день Франсуаза была в полном порядке и не держала на меня зла.

Роман Полански, «Roman», 1984

Перевод - Мария Теракопян

Carlos Gardel, 1935

24 июня 1935 года погиб аргентинский певец Карлос Гардель

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Бурные чувства, нешуточной силы переживания - это вообще отличает танго как стиль. Здесь нет и следа иронии, насмешки над собой и над незавидными обстоятельствами, что так характерно, скажем, для калипсо или, в чуть меньшей степени, блюза.

Танго - это жанр широких жестов и пылких исповедей. Здесь всё искренне и всерьёз, какими бы смешными страсти танго не казались со стороны.

В истории танго много замечательных героев. Список можно было бы начать с Эрнесто Дискеполо, Анибала Тройло, Роберто Фиропо. Но только с появлением Карлоса Гарделя танго обрело свой идеальный голос. Гардель - совершенный представитель танго: чистый, в европейской манере, тенор, неотразимая внешность, пленительные манеры...

Гардель стал настоящим героем танго, и жизнь его овеяна мифами.

Он родился во Франции в 1890 году, а спустя три года мать вместе с ним эмигрировала в Рио-де-ла-Плата. О юности Гарделя мало что известно, за исключением того, что он рос в трущобах. Первый большой концерт состоялся в Буэнос-Айресе в 1917 году, с тех пор он носил титулы «Человек» (именно так, с большой буквы), «Певец», «Волшебник», «Печальный голос».

В то золотое для себя время Карлос Гардель написал около полутысячи танго. «Моя грустная ночь», «Мелодия Аррабаля», «Чорра» - эти и многие другие песни прославились мгновенно. Одной из причин популярности Гарделя было то, что, оставаясь городским задирой и сердцеедом в лучших традициях жестокого танго, он углубил содержание своих песен.

Надо сказать, что Гардель выступал со своими танго и на политических митингах - симпатии певца были целиком на стороне левых сил, и он активно поддерживал социалистическую партию.

Во многих своих танго Гардель пел о социальной несправедливости, о жестокости властей. Герой его песен - уже не просто первый парень в квартале, все переживания которого вертелись вокруг «любить - не любить», а человек, страдающий от нищеты и бесправия.

В 1928 году Гардель дебютировал в Париже. Стройный, с бронзовым загаром, с гладко зачёсанными назад волосами, в свои почти сорок лет он выглядел на двадцать, держался очень естественно, пел чисто, даже холодновато, но с большим внутренним драматизмом. Европа была покорена.

В 1935 году Карлос Гардель погиб в авиационной катастрофе. Около миллиона «портеньос» - жителей рабочих районов Буэнос-Айреса - пришли почтить его память...

Хэнна Чарльтон

Перевод - Артемий Троицкий

Опубликовано в журнале Ровесник, 1983 г.

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *


Carlos Gardel & Helena D'Agly    «Melodía del Arrabal» (1933)

Mazzy Star — Still (EP), 2018

01  Quiet, The Winter Harbor     04:15

02  That Way Again     04:13

03  Still     02:05

04  So Tonight That I Might See (ascension version)     07:52

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Good news from the Stars

 

Мы с тобой покидаем Землю, курс пилота в сердце галактики

Лишь блеснёт за кормой Антарктида и нас встретят белые карлики

И они нас возьмут на руки, сократят пространство и время

Все космические причуды распахнут перед нами двери

Василий Шумов

Когда-то их песни с жадностью рассовывали по своим фильмам киношники самого разного полёта. Гай Ричи и Бернардо Бертолуччи, истории про человека-летучую мышь и схватку отряда землян с инопланетными арахнидами, биографии серферов и торговцев оружием, мрачнейший триллер про убитую девочку и чёртова дюжина телесериалов - веэде музыка Mazzy Star оказывалась к месту.

Группа расходилась и сходилась, Хоуп Сандовал выпускала сольные пластинки и украшала своим вокалом альбомы The Jesus & Mary Chain, Massive Attack, Chemical Brothers, Air, Death In Vegas и Vetiver. Дэвид Робак сыграл небольшую роль в «Очищении» Оливье Ассайаса и приложил руки к созданию саундтрека к фильму - четыре его песни исполнила гонконгская несмеяна Мэгги Чунг.

С новой музыкой Mazzy Star не торопились, встав в один ряд с такими великими медленными королями как Portishead и Аукцыон.

Последний полноформатный альбом группы вышел пять лет назад, и вот только сейчас на фланге Mazzy Star наметилось некое приятное оживление. Ничего не попишешь, новости со звёзд доходят до нас слишком долго. Прав был один известный немецкий барон сказавший, что время на небе и на земле летит неодинаково: там - мгновения, тут - века.

Открывающая новый релиз баллада Quiet, The Winter Harbor заставляет вспомнить лучшие вещи Cat Power, Keren Ann и Cowboy Junkies - заторможенная слайд-гитара и призрачный русалочий голос медленно раскачиваются на волнах меланхолии. Последний кораблик остыл, последний фонарик устал, нас осталось только два, нас с тобою ... ну, и далее остановки по всем пунктам.

Следующий номер, тихая фолк-акустика That Way Again с аккуратным гитарным соло, которое топчется вокруг да около вступления к битловскому Octopus's Garden. На этом voyage в страну туманов и грёз резко прерывается - короткий spoken word Still под нервное бренчание гитары и дронирующие струнные моментально разгоняет грусть и печаль. Где-то в стороне улыбается и аплодирует происходящим метамарфозам маэстро Джон Кейл.

Запоминается последняя фраза - Mazzy Star с блеском усвоили этот нехитрый приём из арсенала гуру боевого НЛП штандартенфюрера Штирлица. Свой прорывной альбом So Tonight That I Might See (выпущенный 5 октября 1993 года, когда в небе над Москвой едва рассеялся дым от горящего парламента) они завершили одноимённым гипнотическим номером. Максимальный минимализм мелодии, буравящая мозг гитара, перкуссия, отбивающая ритм подобно метроному - понятно, за какой столик был отправлен этот комплимент от шеф-поваров Дэвида Робака и Хоуп Сандовал.

Аплодисменты мистера Кейла становятся громче, к ним постепенно присоединяются остальные участники The Velvet Underground.

«Увидимся через двадцать пять лет», - сказала когда-то Лора Палмер агенту Куперу. Четверть века понадобилось Дэвиду Линчу, чтобы вернуться в свой город, любимый до слёз. Те же четверть века Mazzy Star обдумывали, каким образом можно переделать один из своих классических номеров.

Определённо, в обоих случаях полученный результат стоил долгих лет ожидания.

Обновлённая версия So Tonight That I Might See мутировала из двухаккордного шаманства в духе дебютного альбома Velvets в полуобморочную амфетаминовую психоделию, активно практикуемую японцами Acid Mothers Temple и их лидером, одиознейшим гитаристом Кавабата Макото - то ли современным гением, то ли наглухо отъехавшим фриком.

Под такую музыку замирают в ужасе фрески и закипает магма под ногами Pink Floyd в амфитеатре Pompeii. Под такую музыку в энгерианской мистерии приветствуют друг друга Исида и Осирис, а отряд НЛО кружит над египетскими пирамидами. Под такую музыку улетают на Луну пелевинские космонавты-камикадзе.

Ключ на старт. Overhead The Albatross. Звёзды всегда хороши, особенно ночью.

Доктор Уильям С. Верховцев

Mazzy Star: Hope Sandoval & David Roback    Photo by Reanaud Monfourny