Сексуальная Тварь / Sexy Beast (2000)

Ray Winstone

Ben Kingsley

Amanda Redman

Ian McShane

Размякшему под испанским солнцем кокни предстоит пережить радикальную встряску. Для начала - сумасшедший прессинг от старого подельника. Бен Кингсли пугающе убедителен в роли отморозка Логана - он ссыт на пол в гостях, буравит собеседника взглядом, ругается со своим отражением в зеркале, и чуть ли не лает, когда орёт "нет, нет, нет".

Не без потерь пройдя первый круг испытаний, Гэл приезжает в Лондон и думает, что всё позади. Однако здесь его ждёт человек, встреча с которым намного опаснее - Тедди Басс по прозвищу Чёрный Маг (замечательная роль Иэна Макшейна). Тедди не брызжет слюной и не машет кулаками, как мелкий бес Логан. Но его внимательный взгляд и вкратчивые манеры выглядят куда более жуткими.

Вернувшись из своей Одиссеи по местам боевой молодости, сеньор Доув опять ложится греть пузо возле любимого бассейна. Но безмятежное спокойствие растворится без следа в голубом испанском небе. Отныне Гэла будет преследовать гигантский лохматый кролик, что приходит по ночам и долбит киркой дно недавно отремантированного бассейна.

Там, под двумя сердечками надёжно спрятан секрет Гэла и его жены - бывшей порнозвезды Диди.

Читать Полностью 

Robert Mitchum, 1984. Photo by Xavier Martin

Работа с Митчумом была первой моей встречей с большой американской звездой на площадке. Личность он замечательная. Человек очень сдержанный и в словах, и в проявлениях. Ирландская порода. Когда кто-то его спрашивал: «Как вы живете?», он всегда отвечал: «Хуже». Это была его любимая шутка.

Позже Ширли МакЛейн рассказывала мне, что, ухаживая за ней, Митчум характеризовал себя так: «Я поэт с топором в руке». Он на самом деле писал стихи.

Сначала я его очень боялся. Он был нелюдим. Пил, но никогда на людях – всегда в одиночестве или со своим ассистентом. Никто не смог бы догадаться, что он под градусом. Узнал я об этой его склонности на третий или четвертый день съемок, когда мне сказали, что он не может сниматься, поскольку упал и сломал ребро. Несколько дней он не мог появиться в кадре иначе как на крупном плане.

Своей актерской манерой он напоминал мне (увы, приходится писать «напоминал» – в прошлом году его не стало) Жана Габена. Та же сдержанность, та же внутренняя глубина. Мне удалось его раскочегарить на многое.

В одной из сцен я пытался добиться от него славянской страстности. После первого дубля сказал ему, что здесь хорошо было бы заплакать. Он повернулся ко мне и спросил:

– Вот здесь слеза. Ты видел? Хватит.

И показал мне на угол левого глаза.

Действительно, посмотрев потом материал на большом экране, я увидел в углу глаза слезинку. Слезы были у него в голосе, а не на щеках.

Очень тронул меня один эпизод, рассказанный Настасьей Кински. Митчум с ней почти не общался – вообще ни с кем не общался, мало с кем разговаривал, всегда сидел особняком. Один, как лев. Но однажды постучался к ней в гримерную. Она открыла дверь – он протянул ей маленького слоника из слоновой кости.

– Вам от меня на память.

Это было выражением абсолютной любви. Старый человек вручил свой подарок и больше никогда не пытался ни заговорить, ни как-то иначе выразить свое отношение. Поэтому сцена, когда он целует ее, получилась такой сексуальной. В ней великая сдержанность, высокий актерский класс.

Андрей Кончаловский, «Низкие Истины» 1998

New Musical Express (Russia) — Музыкальные Обзоры, часть 2


Вторая часть архивных раскопок, касающихся российской версии британского музыкального вестника New Musical Express. Забавно видеть, как отечественные акулята пера заглядывают в пасть забугорных товарищей и вслед за ними превозносят разукрашенного петрушку Брайана Уорнера как нечто маргинальное и шокирующее.

Если уж вы назвались музыкальными журналистами и на полном серьёзе считаете Мэрилина Мэнсона каким-то жутким «ле маржиналем», то кто же тогда такие GG Allin или Merzbow?

На самом деле мэнсоновские кривлянья способны шокировать разве что впечатлительных дам и покойного Илью Сергеевича Глазунова. Чувак просто зарабатывает как умеет, не более того. Вот увидите, лет через пятнадцать (а то и раньше) он запустит телешоу «Семейка Мэнсонов», где будет ошалело бродить в трениках по своему особняку и материться на детей-тинейджеров и срущих где попало собачек.

Впрочем, помимо прикормленных псевдобунтарей писал NME и про действитеьно интересных персонажей. Шон Райдер, Ли Скретч Перри, Трики, Ричард Д. Джеймс (он же Aphex Twin) так или иначе выпадают из привычной системы координат. Каждый из них определённо без царя в голове, каждый сам себе несистемная оппозиция.

Продолжение следует

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Shaun Ryder — Amateur Night in the Big Top (2003)


К моменту появления в доме своего кузена Пита (того самого, что придумывал для Happy Mondays потрясающие обложки) Шон Райдер давно уже забросил музыку. Однако Пит, как раз работавший над мрачной техно-записью, сумел заманить Шона в студию и упросить его рассказать несколько историй.

Для Шона это оказалось парой пустяков.

Лучшие вещи здесь - собственно истории. В открывающей альбом «The Story» Райдер рассказывает о наркотическом полёте Happy Mondays в Бразилию. Местные газеты тогда писали, что группа ввезла в страну миллион таблеток экстази. В «In 1987» Шон вспоминает, как во время записи альбома «Busted» Happy Mondays сотнями продавали колёса йоркширским солдатам.

Впрочем, и всё остальное здесь - просто фантастика. Везде присутствует свойственный Райдеру извращённый психоделический юмор. Подобно Эмиему и 50 Cent, он гениально умеет рассказать о грязной уличной жизни. И как же круто, что он снова с нами.

Ted Kessler

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Lee Scratch Perry — Alien Starman (2003)


Повелитель даба и провидец Ли Скретч Перри, похоже, переживает ренессанс. В прошлом году Ли получил Грэмми за диск «Jamaican ET», а этим летом курировал проходивший в Лондоне фестиваль Meltdown. По официальной версии, он завязал с травой и вернулся к полусерьёзной карьере.

Но всякий, кто видел его укуренно-великолепное выступление на Meltdown вместе с Трики, может подтвердить - на какой бы планете сейчас ни находился Ли Скретч Перри, обратно его можно не ждать. Да и зачем ему возвращаться?

Судя по неоригинальному, но приятному груву «Alien Starman» Скретч просто рад тому, что у него по-прежнему есть возможность нести игривый вздор, разбавляя его диковинными общественно-политическими комментариями. В кавере классики лейбла Motown, «My Girl», Перри и вовсе предстаёт перед нами соул-певцом, пытающимся смириться с неумолимо надвигающейся старостью.

Впрочем, этот человек и в расслабленном состоянии способен превратить самую обычную песню в магический кристалл из другой галактики

Stephen Dalton

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Tricky — Vulnerable (2003)


Трики, конечно, параноик, но это вовсе не означает, что мы не любим о нём поговорить. Восемь лет назад он придумал идеальный саундтрек для брит-поп похмелья, выпустив альбом «Maxinquaye», однако своими последующими пластинками едва не довёл себя до полного забвения.

К моменту записи «Vulnerable» он обосновался в Лос-Анджелесе, заперся от ломившихся в его двери местных знаменитостей и решил показать всем свою ранее скрытую "весёлую" сторону. И благодаря новой музе Трики, итальянке по имени Констанца Франкавилла, чей голос слышен в сингле «Anti-Matter», ему это почти удалось.

«Anti-Matter» это истёртая до дыр поп-классика, кавер XTC «Dear God» - укуренный соул-гимн, а «Moody» хороша как всё, что носит такое название. Ещё один кавер, на хит The Cure «Love Cats», позволяет Трики сделать то, что он умеет лучше всего - интерпретировать чужие песни, превращая их в нечто совершенно новое и неожиданное.

Сомнительно, что такой самоанализ попадёт в чарты, однако Планета Поп-Музыки может вздохнуть с облегчением. Её странный дядюшка - любитель переодеваться в женское платье - вернулся.

Paul Moody

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Aphex Twin — 26 Mixes for Cash (2003)


Невероятно, но всё началось с Lemonheads. Весёлый придурок Эван Дандо и его коллеги никому не хотели причинить вреда, когда в 1993 году попросили Aphex Twin сделать для них ремикс. Тот согласился, однако так увлёкся процессом, что совершенно забыл о цели своей работы. Получившееся в результате хардкоровое безумие он подсунул Lemonheads, выдав за собственную версию их песни.

Эта история очень точно иллюстрирует точку зрения Ричарда Д. Джеймса на ремиксы. Теперь, десять лет спустя, их набралось уже на целых два диска. Своё отношение к этой работе Aphex Twin выразил уже в названии сборника - «26 Ремиксов за Бабло».

Самое поразительное в альбоме, скроенном по уникальному лекалу Ричарда Д. Джеймса, что ни один из ремиксов не звучит старомодно. Между самым ранним из них, переделкой «We Have Arrived» Mescanium United и прошлогодним эйсид-миксом «Windowlicker» самого Aphex Twin, чувствуется нерасторжимая связь.

По мнению Ричарда, перекраивать песни своих приятелей за гроши (а то и вовсе бесплатно) гораздо веселее, чем пытаться вдохнуть жизнь в именитых марионеток больших рекорд-лейблов в обмен на шестизначные суммы в долларах.

И хотя здесь в изобилии представлены не очень известные коллеги и протеже Aphex Twin (DMX Crew, Baby Ford, Cylob), нельзя не обратить внимание на то, что Ричард слишком уважает этих людей, чтобы просто хладнокровно распотрошить их песни. Так, в «Normal» Baby Ford он просто усилил эйсид-составляющую, вместо того чтобы сделать из песни нечто совершенно неузнаваемое.

Чем больше денег на кону, тем меньше усилий Aphex Twin вкладывает в работу, показывая язык всем, кто чересчур озабочен своей карьерой в поп-музыке.

Самое забавное начинается, когда Ричарду выпадает работа с известными музыкантами. Например, он сделал два ремикса на Nine Inch Nails, и ни в одном из них не осталось ни следа хмурой задумчивости Трента Резнора. В результате вместо двух ремиксов на NIN у Aphex Twin получились две классные собственные композиции, не имеющие ни малейшего отношения к оригиналу.

Пытаться втиснуть Aphex Twin в какие-либо рамки себе дороже. Для работы над симфонической композицией «Heroes» Филиппа Гласса и Дэвида Боуи ему было выделено всего четыре часа, за которые он превратил «Heroes» в галоп по классическому электронному пастбищу.

Вряд ли Aphex Twin решится на авантюру вроде дрилл-н-бейсовой версии «Get Free» The Vines, но и без этого его новый альбом звучит современнее всего современного. Потому что равных Ричарду Д. Джеймсу по-прежнему нет.

Noel Gardner

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *


Richard D. James (Aphex Twin)

Бриджит Лаэ - Фотогалерея (Часть 6) / Brigitte Lahaie - Photos (Volume 6)

 

Внимание! Публикация содержит материалы, не рекомендованные к просмотру лицам моложе 18 лет и людям с неустойчивой психикой. И не говорите потом, что вас не предупреждали!

Happy Birthday, Thurston Moore!

Thurston Moore   2009   Photo by Glen Luchford

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

25 июля 1958 года родился Терстон Мур. Сегодня ему стукнуло шестьдесят

Ниже приведены несколько цитат из интервью различных музыкантов, а так же список 13 любимых альбомов этого матёрого гитариста и человека. Enjoy!

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

- Как Вы относитесь к творчеству Sonic Youth? Что из их творчества Вам близко?

- Очень уважаю, конечно. Особенно за их полное безразличие к тому, какой эффект их музыка вызывает. Такое ощущение, что люди живут в очень уверенной обособленности от окружающего. Играют в свое удовольствие, это очень заметно, я был на их концерте, стоял перед самой сценой. Под влиянием их альбома «Sonic Death» был вживую записан альбом Кузьмы «Бодюл».

Егор Летов

Наш первый релиз, в основном, состоял из композиций с нормальным строем гитары. Но я играл на «расстроенных» гитарах ещё до этого, когда научился играть на акустической гитаре. Еще до появления Соников я и Терстон играли с Гленом Бранка, который активно использовал все эти навороты с другим строем.

Как только мы создали свою группу мы тут же принялись «менять» свои гитары. Большинство из них были не очень хорошего качества и не могли даже держать свой нормальный строй. Таким образом, мы поняли, что придется экспериментировать со строем. Мы вытаскивали нафиг все лады из гитар, заменяли струны на басовые, крутили колки в разные стороны, заставляли гитары звучать интереснее.

Ли Ранальдо

Люди до сих пор хранят дома первое издание «Daydream Nation». После этого в сущности не важно, насколько хорош наш новый альбом, фанаты всё равно будут его слушать.

Ким Гордон

Говорят, что Йоко Оно развалила The Beatles. Я рад, если это действитеьно так. Было бы здорово, если бы она ещё и The Rolling Stones развалила.

Терстон Мур

Thurston Moore   2013   Photo by John Bentley

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Thurston’s “Throbbing” 13:

The Stooges — Funhouse (1970)

The Velvet Underground — White Light / White Heat (1968)

Television — Marquee Moon (1977)

Richard Hell & The Voidoids — Blank Generation (1977)

Ramones — Ramones (1976)

Patti Smith Group — Radio Ethiopia (1976)

Black Flag — Damaged (1981)

Dinosaur Jr — Bug (1988)

Public Enemy — It Takes A Nation Of Millions To Hold Us Back (1988)

John Coltrane — Impressions (1963)

CAN — Ege Bamyasi (1972)

Nirvana — Bleach (1989)

Alice Cooper — Killer (1971)

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Thurston Moore   2009   Photo by Glen Lychford

Наталия Медведева, 1983

Валентин Тиль Мария Самарин     Наталия Медведева     Из серии «русский Париж»    1983

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

— Я когда слышу: женская литература, проза, поэзия, антология и т.п. — сразу вспоминаю мою любимую, но, к сожалению, закрывшуюся баню еврейского района Парижа на рю де Розье. В женские дни… В бане, правда, всё честнее, чем в женской литературе.

— Ваши литературные пристрастия?

— С удовольствием перечитываю Буковского (Чарльза !!! ) — «грязного» и полного жизненной энергии старика. Помню, что Лоренс Даррелл (или, как говорят французы, Дюррелль) произвёл впечатление, «Магус» Фоуэлса. Ну, Уильям Берроуз и весь набор: Селби, Селин, Батай, Жене… но это какое-то время тому назад.

Потом я отдала предпочтение биографиям (как и в кинематографе — документалистике, хронике), вроде Эльмановской «Оскар Уайльд» — жестоко-любовной, без купюр. Интервью серьёзные люблю читать, но они крайне редки. Надо, как в цирке, выдавать клоунады, забавлять. Худ. литература последних лет худа, хоть и пишется в основном очень упитанными тётками и дядьками, даже если им меньше тридцати пяти.

— В чём ваш вкус проявляется ярче всего?

— В том, что мне не нравится: Жванецкий и ему подобные, я бы их всех публично побила! Афиши о выступлении Ансамбля песни и пляски с мерзкой сноской бывшей Советской Армии. Ванесса Паради; Эрика Джонг или Йонг — неважно, одинаково пошло; книга Вл. Михайлова «Эротическая кулинария».

Ненавижу «платьица», рассказ «Русский» и «молодое поколение, формирующее этих маленьких экспертов, двурушников с заранее назначенной ценой, сопливых болванчиков, которые ещё хуже, чем бородатые отцы прошлого» (Селин). Всех этих советских литературоведов, искусствоведов, киноведов… уф. Экспертов с советскими дипломами.

— Каков ваш круг общения? Кому вы отдаете приоритет: эмигрантам или французам?

— Раз в полгода я могу пойти в скват к Хвосту напиться. Но скват разогнали. Слава Богу, но я выразила соболезнования: «А как же лююди!», узнав. У меня есть французская подружка, бывшая журналистка, ударившаяся в видео. Её, правда, недавно муж ударил, так что она и видео сейчас не занимается, разводясь.

Есть несколько русских знакомых — чтобы не забывать, что такое русская женщина. Есть американская приятельница, похожая на пионервожатую, — большая активистка и устроительница всякой гинекологическо-писательской всячины. Есть кучка знакомых музыкантов, с которыми я не общаюсь, а занимаюсь музыкой.

Вообще, я не умею поддерживать отношения с людьми. Я люблю сидеть дома одна, ни с кем не общаться и писать песни, громко тарабаня на пьяно и вопя. Либо я люблю общаться с мужем, только чтобы он не говорил «Наташа, ты не понимаешь…», а читал бы вслух Кавафи… Если же я выхожу из дома «общаться», то обязательно попадаю «в яму». Так говорит мой муж.

Наталия Медведева

Интервью Ярославу Могутину, 1992 г.

Несчастный случай / Accident (1967)

Режиссёр: Джозеф Лоузи    В ролях: Дирк Богард,   Стенли Бейкер,   Жаклин Сассар,   Майкл Йорк,   Дельфин Сейриг,   Вивьен Мерчант,   Гарольд Пинтер

Изысканный рассказ о поиске личности места в окружающем его обществе, где действие прячется в полутонах, все носят маски, намерения далеко не всегда превращаются в поступки, а сердце никогда не согласуется с разумом. Американец по происхождению Джозеф Лоузи умудрился стать культовой фигурой британской новой волны, создав интеллектуальный кинотриптих «Слуга» (1963), «Несчастный случай» (1967) и «Посредник» (1970).

История начинается с конца. У дома преподавателя философии в Оксфорде Стивена переворачивается автомобиль. Девушка, сидевшая за рулем, жива, но находится в сумеречном состоянии. В белых одеждах с перьями она похожа на заблудившегося ангела: то ли всеблагого, то ли – падшего. А вот ее молодой спутник погиб. Приехавшим на вызов полицейским Стивен рассказывает, что был молодой человек – его студент, и молчит о девушке. Почему?

Стивен – мужчина средних лет. С коллегами он ведет неторопливые снобистские беседы, покуривая трубку. Со студентом-аристократом Уильямом панибратски пьет виски. Дома его ждет беременная жена и двое деток. Но каков на самом деле Стивен: чопорный философ, представитель высшего света или просто заботливый отец семейства? Проверка на идентичность начнется после появления на горизонте «австрийской принцессы», юной студентки Анны. Ах, забыл упомянуть, что Уильям – и есть тот самый погибший в аварии молодой человек, а Анна – сидевший за рулем ангел.

В этой истории есть еще друг семьи Чарли, который также мечется в поисках самого себя. Но, в отличие от рефлексирующего Стивена, Чарли – человек действия. И, конечно, призраки влюбленности, соблазна и отчужденности постоянно подталкивают героев к разным жизненным ошибкам и трагедиям, большим и малым. В фильме нет ничего напрямую, все не то, чем кажется, кругом недомолвки.

Собрав изумительный актерский состав, Джозеф Лоузи, мне кажется, рассказал о собственных творческих и личных комплексах. В 1935 году он приехал в СССР, на родину своего кумира Сергея Эйзенштейна. В начале 1950-х, опасаясь обвинений в антиамериканской деятельности, иммигрировал в Европу, где работал под псевдонимами. Он не был «рассерженным» британцем, но стал апостолом британского киностиля. И его «Accident» - лучшее тому подтверждение.

Андрей Скоробогатов / Ancox

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

Dirk Bogarde

Jacqueline Sassard

Stanley Baker & Dirk Bogarde

Michael York

Jacqueline Sassard

Delphine Seyrig & Dirk Bogarde

Детские годы

Сколько себя помню, они вечно были серыми, жесткими и почему-то всегда пыльными. Там и сям торчали колышки с вкривь прибитыми фанерками, по трафарету исписанными грозными словами: "По газонам не ходить!" и "Траву не мять!". Ниже обязательно присутствовали загадочные цифры, несомненно таящие в себе некий тайный смысл, неведомый простым смертным.

В пятилетнем возрасте прочитав "Остров сокровищ", я нисколько не сомневался, что эти цифры имеют непосредственное отношение к зарытым кладам, нужно лишь иметь карту, и, наложив на нее путеводные вешки, поймешь, где именно запрятаны сундуки того самого Флинта. А уж в первом классе, буквально проглотив на уроке рисования "Золотого жука" Эдгара По, я на полном серьезе пытался вывести из сочетания цифр запутанные послания капитана Кидда.

Два раза в год, перед майскими праздниками и ноябрьскими, окрестные жители собирались на странное мероприятие "субботник". Управдомы выдавали теткам неприподъемные лопаты на кривых черенках, растрепанные метлы и ржавые грабли с непременно отломанным зубцом посередине.

Мужики кучковались отдельно, сбиваясь в тесные коллективы из трех - пяти человек. Один ненадолго исчезал, его ждали, нервно жуя "Беломор " и негромко матерясь в адрес начальства, жен, непоседливых ребятишек, шмыгавших взад - вперед, а дождавшись, радостно ржали, хлопали по плечу и, воровато озираясь по сторонам, уходили в кусты, где виднелась синяя крыша полуразвалившейся беседки.

Ближе к вечеру матери сзывали нас пронзительными голосами, а мы шныряли в зарослях, подглядывали за пьющими пиво пэтэушниками и собирали бычки, дабы преподнести их Гоше Бройлеру, а уж он благосклонно принимал наши скромные дары, освобождая на пару дней от неизбежного получения подзатыльников.

На газонах в разнообразных позах отдыхали наши соседи, отцы, а иногда и старшие братья, те самые пэтэушники, перебравшие "Жигулевского", "Московского" и "Исецкого". Других сортов мы и не знали. Конечно, находились особенные люди, что хвастали, как на курорте попивали чехословацкое пиво или, служа давным-давно в Германии, видали такое разнообразие напитков, какое на Родине было просто невообразимо.

Их слушали, молча и с явным недоверием, а потом дружно били и придумывали обидные прозвища, вроде "курортник" и "фриц".

Один раз, году в восьмидесятом, на траве корчился тщедушный мужик, скрипящий зубами и зажимающий живот, из которого струйками плескала красная жидкость. Мать утащила меня за руку от столь страшного зрелища, а по пути мы узнавали от сбегающихся зевак, что этот мужик полез в винный отдел не в очередь, вот и получил сапожным ножом прямо в печень.

Где-то с неделю снился он мне, пока новые впечатления не вытеснили его из памяти.

С прошествием лет, цифры на фанерках обрастали нулями, пэтэушники возвращались в цинковых гробах из какого-то потустороннего Афгана, мужики тихо спивались, а управдомы в подвалах подведомственных им домов мутили свои тайные делишки.

На газонах все чаще стали появляться тела крупных парней с бритыми затылками, в ярких пиджаках, и крови было уже значительно больше, она лужицами вытекала из под них, но это мало кого привлекало, так, пяток старушек, для остальных же становилось обыденным зрелищем, менее интересным, чем "Рабыня Изаура " или очередной чемпионат мира по футболу.

Газоны оставались все такими же серыми, жесткими и пыльными.

А потом пришло новое время. По ночам на газонах толпились разномастные проститутки под надежным присмотром юрких сутенеров, доброжелательно показывавших страждущим клиентам товар лицом. Да и не только лицом.

Днем газоны заставлялись впритык рекламными "ГАЗелями", с ярко разукрашенных бортов которых щерились на окружающую мрачную действительность заморские жизнерадостные котики, гламурно завитые собачки, а также целеустремленно дебильные рожи всяческих кандидатов и делегатов, с присущей им ловкостью сумевших убедить сторонников и соратников на необходимость скинуться вкруговую, дабы лоснящиеся рожи были изготовлены и размещены на многострадальных лужайках Родины.

Прохожие мало заморачивались этим глянцевым великолепием, будучи озабочены иными побуждениями и стремлениями, а именно: необъяснимым желанием выжить.

Странное это желание никак не выветривалось из косматых голов соотечественников, несмотря на титанические усилия как кандидатов и делегатов, так и власть предержащих гениев, каждые полгода изобретавших новые, более изощренные методы к окончательному решению всех вопросов благоустройства, процветания и изобилия.

Иногда по газонам вихрем проносились странные личности.

То бородатый мужик с автоматом "Калашникова", а то обдолбанный чувак в парадной форме эсэсмана или вдрызг пьяная черлидерша с аккордеоном на плече. Впрочем, такие типы не задерживались на благоустраиваемых по европейским образцам обочинах, а по живости и неуемности характера быстренько сваливали на поиски авантюр иного характера.

Большие люди из окон лимузинов и вертолетов оптимистично отмечали растущее процветание и изобилие, в порядке самокритики мужественно признавая отдельные недоработки и недостатки и сурово призывая покончить раз и навсегда с пережитками проклятого социалистического прошлого. Но в связи с тем, что их транспортные средства развивали безумную скорость, до прохожих доносились лишь обрывки выкрикиваемых на ходу лозунгов и призывов, вроде "...в рот..." или "...мать..."

Случалось, газоны испытывали настоящее столпотворение из разнообразных ног.

Они сладострастно топтали подстриженную траву родного города, не в силах добраться до ненавистных лужаек Елисейских Полей и Белого Дома. Лозунги и призывы были весьма схожи, те же "...в рот..." и "...мать...", даже и адресаты были схожи до полного совпадения индексов и йандексов.

И ведь никому, абсолютно никому не пришло в голову поинтересоваться у самих газонов, того ли они хотят, для того ли их выращивали, сберегали и лелеяли. Вот и я спрашивать не буду.

Ад Ивлукич

Bernard Buffet - Tête de clown, 1955

Опять океан без конца, без края.

94-е сутки рейса. Тесты на «Эстетический отклик».

Картина Бернара Бюффе «Голова клоуна».

Смесь иронии и грусти в глазах. Раскрашенное лицо — алый треугольник носа, розовый четырехугольник рта, зеленый подбородок, рыжий парик, тощая длинная шея.

Репродукция «Клоуна» висела на стенке каюты Ниточкина и Диогена.

Ниточкин спал на верхней койке. Диоген стоял рядом с записной книжкой в руках и карандашом.

Ниточкин сквозь сон бормотал: «Рыжие прусаки, вперед!.. Воды долей… Плескаются… Черные отходят…»

Диоген впился в лицо Ниточкина сосредоточенным взглядом, но уловить суть Петиного сна он не мог.

Петя завозился в койке. Очевидно, чужой взгляд тревожил его. Диоген быстро спустился на пол каюты и, схватив ножницы, принялся вырезать что-то из иллюстрированного журнала.

— Черт! — сказал Петя, вытирая пот со лба. — Опять он меня победил!

— Кто? — спросил Диоген безразличным голосом.

— Да мы с ним в коммуналке после войны жили, друг мой. Тараканов было много. Мы морские бои устраивали. Наделаем бумажных корабликов, пустим в таз. Я на свои рыжих прусаков сажаю, а он себе черных выбирал…

Бывший тараканий флотоводец, зевая, сполз на пол и улегся рядом с Диогеном. И оказался сразу и в Лувре, и в Прадо, и в Эрмитаже…

Рафаэли, Ренуары, Гойи, Леже и Шнайдеры были разложены по всей каюте.

— В Торонто был проведен интереснейший эксперимент, — сообщил Диоген. — Кодовое название «Включайтесь в игру!». Хотите участвовать?

— Ага.

— Вы должны по десятибалльной системе выразить мнение об этих шедеврах. Таким простым способом ученые проникли в самые таинственные глубины психологии современного и ультрасовременного общества. Вот, например, «Даная» Рембрандта. Сколько баллов вы ей поставите? И куда повесите, если я ее вам подарю?

Ниточкин, косо глянув на «Данаю», поднял с пола голенькую «Ню» неизвестного художника.

— Вот эту я взял бы к нам буфетчицей, а «Данаю» можешь оставить себе. Больше двойки она не тянет.

— У вас, Петя, пониженный эмоционально-эстетический отклик, — как можно мягче и даже с сожалением произнес камбузник.

— Диоген, ты забываешься. Я уже, считай, штурман, а ты только ассенизатор и водовоз.

— Простите, Петя, я не хотел вас обидеть.

— И сними клоуна со стенки, богом прошу! — сказал Ниточкин. — Меня его взгляд пугает по ночам.

— Это Бернар Бюффе! — теряя обычную послушность и мягкость, сказал Диоген. — И знаете, почему вы его боитесь? Вы на него похожи!

Ниточкин поднялся с пола, долго изучал себя в зеркало, сравнивая с клоуном на стенке, потом вздохнул и сказал:

— Н-да… не говори только об этом сходстве моей Лизавете в Питере.

— Вы никогда не женитесь, Петя!

— Это почему?

— У вас ранняя седина — раз, вы бреетесь старыми бритвами — два и снимаете обувь, уже лежа в кровати, — три! Но главное, вы не оценили Данаю. Если вы не понимаете зрелой женственности, вы не будете мужем и отцом.

— Не «на кровати», а «в койке», — поправил Ниточкин. — Знаешь, Диоген, иди к капитану. Старик до смерти любит всякую мистику и разные такие игры.

— И пойду, — сказал камбузник решительно. — И я уверен, что Фаддей Фаддеич поставит «Данае» десятку! Он, конечно, ничего не понимает в живописи, но у него врожденное чувство вкуса…

Виктор Конецкий 

«Через звезды к терниям. Литературный сценарий кинокомедии»

*     *     *     *     *     *     *     *     *     *

10 июля 1928 года родился французский художник Бернар Бюффе