Эдуарду Лимонову 70 лет.

"Да, я принял сторону зла — маленьких газеток, сделанных на зироксе листовок, движений и партий, которые не имеют никаких шансов. Никаких. Я люблю политические собрания, на которые приходят несколько человек, какофоническую музыку неумелых музыкантов, у которых на лице написано, что они хронические неудачники. Играйте, играйте, милые…

И я ненавижу симфонические оркестры, балет, я бы вырезал всех виолончелистов и скрипачей, если б когда пришел к власти."

Эдуард Лимонов, "Дневник Неудачника"

Эдуард Лимонов и Егор Летов

Бриджит Лаэ - Фотогалерея (Часть 2) / Brigitte Lahaie - Photos (Volume 2)

Первую часть фото Бриджит можно посмотреть на сайте

Внимание! Публикация содержит материалы, не рекомендованные к просмотру лицам моложе 18 лет и людям с неустойчивой психикой. И не говорите потом, что вас не предупреждали!

Олег Гитаркин ("Messer Chups") - Десять любимых песен. / Oleg Gitarkin ("Messer Chups") - Ten Favorite Songs.

Zombierella & Oleg Gitarkin

Я продолжаю публиковать топ-списки песен различных музыкантов. Сегодня соображениями по поводу своей любимой музыки делится Олег Гитаркин, лидер и мозг питерского хоррор-серф проекта Messer Chups. Кстати, пара вещей из этого списка позже была записана группой. 

Материал опубликован в журнале PLAY № 8 (99) в 2007 году.

 

The Shadows - "Man of Mystery" (1960)

Мегахит, по-прежнему себя не исчерпавший. Эту мелодию пытались выдать за свою очень многие, однако принадлежит она The Shadows.

The Centurions - "Intoxica" (1963)

Легендарный американский серф-бэнд. Гитара звучит настолько супер, что вдохновляет на подвиги.

The Ventures - "Vibrations" (1967)

Это очень крутая композиция у многих может вызвать ностальгические минуты по телепередаче "Международная Панорама". Именно так представляли себе в советские времена международную политическую обстановку. Как бы вибрации мира...

Аида Ведищева - "Чёрный кофе" (1968)

Безумная песня про кофейный аппарат, замечательная текстом, по-настоящему поражающим воображение. Думаю, подобные стихи нужно сложить про героин, кокаин, витамин С и так далее.

Hot Butter - "Popcorn" (1972)

Вещица банальная, но, опять-таки, неисчерпаемая.

Татьяна Осмоловская - "Песенка Пьеро" (1975)

Всем известная волшебная мелодия с не менее волшебным текстом и детским вокалом. 


Kraftwerk - "Das Modell" (1978)

Под эту песню можно помечтать о модели. Или представить себя моделью. Или смоделировать модель.

The Cramps - "Human Fly" (1978)

Лучшая песня этой группы посвящена человеку-мухе. Очень хорошие образы используют американские артисты, в отличие от отечественных - что меня всегда поражало.

Thee Mighty Caesars - "Miss Ludella Black" (1990)

Дикий "гараж" от Билли Чайлдиша - моя любимая песня на все времена. Очень тонкое настроение звука - резкого и грязного.

Deadbolt - "Tiki Man" (1994)

Отлично переданное настроение ужастика - узнаваемо, уникально, ну и просто классика.

Георгий Осипов - "Часовые Хаоса Ventures"

Музыка Ventures — это струны сердца авантюриста. Вокруг ночь и туман, а оно бьется под спудом, ожидая условного сигнала, который, возможно, и не от кого ждать. Полуслепые и полуглухие «софти», уже поставив одну ногу в обрыганный ров, силятся вспомнить благостные мелодии «покоя и любви» (кладбищенской тишью несет от слова «peace», не правда ли?) — но грозно и безжалостно звучит из глубин космоса «Out of Limits», когда вытекают по зову «Тех, кто извне» на улицы шеренги Черного Легиона, когда мерцают на зимнем небе ужасная гримаса Dog-Star, и завидя их торжественный марш, обреченно гаснут тусклые констелляции слабоумных фонариков этого ненавистного мира.

Мы движемся на праздник Юла, он древнее Вифлеема и Вавилона. Факела в наших руках горят ледяным пламенем, не отбрасывающим тени, его отсветы только окутывают бетон и стекло современных построек мертвенной зеленью. Его горение несет не тепло, но разрушение и гибель. Огненный столп Юла, бьющий из непостижимой бездны — первоисточник этого Огня.

Сиянием извне очерчены силуэты мужчин, сжимающих рогатые электрогитары так, будто это автоматы. Это Ventures — часовые Хаоса. Сотворившие парагон саунд-фашизма посредством триумфа чистой, словно стихии, воли, без синтезаторов и концепции, абсолютно равнодушные, подобные Йог-Сототу, к плоду своего магического усилия — Liber Apotheosis звукового бунта против эона Озириса — альбом «Ventures in Space» в 1963 году!

Названия пьес, вошедших в него, говорят сами за себя — «Fear», «Exploration in Terror», «He Never Came Back» — последняя о каждом, кто свернул на Путь Левой Руки. Не случайно «In Space» любил неистовый Кит Мун — демонический барабанщик The Who.

«Что-то ангелы поют какими-то злыми голосами,»— озабоченно бормочут «софти», погруженные в белую горячку. Вы не ошиблись.

Тот, чье сердце охвачено саундом Ventures неизбежно проникает во внутреннее пространство черепа на перстне, что хранится в Вевельсбурге и там под гулкими сводами небывалой тверди прослушает полностью «In Space». Струны Ventures вызволяли меня в детстве из конвульсий бессильной ненависти и отвращения, грозившей хрупкому организму преждевременной гибелью — сберегли для борьбы. Именно тогда я постиг силу древнего заклинания против одиночества: я вижу тех, кого знаю — я знаю тех, кого вижу. Из небывалой хроники черно-белой и осколочной выплывала субмарина, наводившая ужас на лупоглазых руминантов, заставляя вибрировать их распухшие от дешевых сластей щеки…

Услышать Ventures впервые, это все равно, что увидеть впервые в реальном мире Свастику — на стене, на экране; до этого зная ее лишь внутри себя — в сердцевине сновидения, в центре мечты свирепого младенца. Факт того, что подобные переживания знакомы не мне одному, подтверждают мои недавние походы на Хортицу, бастион Традиции на Украине — «страны свиней».

Ventures, наряду с такими именами как Дик Дэйл, Деннис Коффи и Джон Фэйхи демонстрируют пример Третьего пути в американской поп-культуре. Его наиболее чистую, жесткую форму, ясную и не требующую унизительных пояснений со стороны музыковедов-брахокефалов, чья эпархия импровизации одесских эволаистов и инвалидный джанк сибирских скопцов.

Музыка Ventures — это ритм дисциплины и саунд романтики горных вершин и морского дна. Родственные им по стилю группы на фото больше напоминают экипаж танка или штурмовика. Название их выдающегося альбома «Superpsychodelic» — сверхпсиходелический — подчеркивает иную природу вентурианских экстазов, коренным образом отличную от эпилептоидных состояний; тех, что наиболее всего ценятся в недочеловеческих кругах.

Любопытная деталь — на протяжении многих лет передача «Международная Панорама» выходила в эфир под звуки Superpsychodelic! Стиль Ventures действительно пользовался максимальной популярностью на территории СССР, в Восточной Европе (рано погибший чех Карел Дуба — вот о ком вы ничего не знаете!), странах Скандинавии и особенно в Японии, где их дисков было продано 40 млн.

Возможно, какой-нибудь слишком настойчивый крендель начнет приставать: на каком основании мы причислили Ventures к товарищам по оружию? Ответ прост — наши, потому что крепкие. Все крепкое — наше! «Софт» — это всегда выродившийся хард и никак иначе. Если глубоко копать, то хлипким «софти» останется только пьяненькая страшилка Эдит Пиаф, взывающая к возлюбленному: «Жопу помажь! Закури Беломор!» Но и она гастролировала по Райху, пела перед эсэсовцами в сопровождении далеко не арийского коллектива…

Одним словом, прежде чем задавать нелепые вопросы, ответь сперва нам: почему на вершинах гор находят водросли, а на дне морей города?

Русский трэш, бессмысленный и беспощадный.

Автор - Товарищ У.  Опубликовано на сайте tov. lenin. ru.

Мне уже приходилось писать, что хорошая фотография стоит сотен тысяч письменных знаков. Вот замечательный пример такой фотографии, разглядывая которую, можно написать целую диссертацию о современном политическом дискурсе и его хозяевах.

Как совершенно справедливо отмечал покойный русский философ Александр Зиновьев, постсоветская политическая система стоит на трёх китах, иначе говоря, имеет три истока: западнистский, в терминологии философа, т.е. подражательно-демократический, в стиле карго-культа; советский, так и не искоренённый (какую партию ни строим, КПСС получается ©); кондовый архаический, имеющий в виду ещё Россию царскую — водка, поп, околоток etc. В случае Украины к последнему примешивается ещё обожествлённый убойный фольк, в случае Беларуси — инфернальная партизанщина. Но сама по себе смесь настолько дика, что чего ни примешивай, дичее уже не будет.

Персонажи книги "Прошу, Убей Меня!" - Фотогалерея (Часть 4). / "Please Kill Me" - Photos (Volume 4).

Подбор фото - Вадим "Sonic" Юсов

Jim Morrison

The Velvet Underground

Edie Sedgwick

David Johansen & David Bowie, Max's Kansas City 1974   Photo by Bob Gruen


 

Iggy Pop                    Robert Mapplethorpe & Patti Smith

RichardI Hell & The Voidoids - LP "Blan Generation" (1977)


Cyrinda Foxe

Iggy Pop, Cyrinda Foxe, David Bowie, Lisa Robinson, 1977  Photo by Bob Gruen

Ramones  Photo by Pennie Smith

Patti Smith & William S. Burroughs


13 Famous Albums Of No Wave.

Автор - John G. Doe

Посмотреть все материалы этого автора

Старожилы помнят, а не-старожилы, вероятно, предполагают, что некогда музыка была исключительно доброй, милой и положительной. Все имеет тенденцию меняться в худшую сторону, так случилось и с музыкой, которая со временем стала столь же опасной вещью, сколь нервно-паралитические газы, противопехотные мины и прочие атрибуты высокоразвитой цивилизации.

До британского панк-взрыва тематика музыкальных произведений в худшем случае была нейтральной, своего рода вещью в себе, вроде высоколобого авангарда или фри-джаза, но решающим шагом в привнесении агрессии в музыку стали небезызывестные события в туманном Альбионе в конце 1970-х, а равно и — на другой стороне Атлантики — в Нью-Йорке.

С визита уже тогда маститого музыканта и продюсера Брайана Ино по локальным панк-сборищам и начинается история движения, которое не считало себя движением, — No Wave. Объединяло участников No Wave только одно — нигилизм и тотальное отрицание существующей реальности, а в музыкальном плане — отсутствие каких-либо канонов в качестве основы; прочее же было индивидуальным буйством фантазии, которая у каждого проявлялась по-своему.

Глухой электронный грохот Suicide, атональный шум Mars, лютый гитарный скрежет Teenage Jesus and The Jerks, фри-джазовые импровизации James Chance & The Contortions и тяжелый панк-джаз Blurt — используя различные методы, музыканты интепретировали и преломляли явно неудобную для них реальность, то ли создавая её правдивый портрет, то ли бросая ей вызов своим неконформным поведением.

По иронии судьбы, годы спустя такая неконформность стала вполне обычным явлением, а в некоторых моментах даже респектабельным, творения представителей стиля пусть нерегулярно, но переиздаются, обогащая звукозаписывающие компании, что же до «не-волны», то, несмотря на давнее желание музыкантов быть вне всяких рамок, все они уже давно и надежно упакованы в общий стиль, в эдакую коробочку с надписью «No Wave», некогда ругательной, а ныне — всего лишь притягивающей меломанов и историков от музыки.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Suicide - Suicide (1977)

Дуэт Алана Веги и Мартина Рева во многом заложил основу для No Wave, хотя строго говоря, к движению не относился: была какая-никакая мелодика, да и средства экстремальными нельзя было назвать.

Тем не менее, дебют Suicide оказался своего рода прорывом, продемонстрировав, что для того, чтобы быть панком, не нужно терзать гитары тремя аккордами, достаточно убийственного синтезаторного гула и шаманствующего вокалиста.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Various Artists - No New York (1978)

С этого сборника все и начиналось: набрав в вышеупомянутом рейде по клубам музыкантов (а в числе оных оказались Mars, James Chance & The Contortions, Teenage Jesus and The Jerks и DNA), Брайан Ино с трудом загнал эту неподатливую толпу в студию, чтобы они хоть что-нибудь записали.

Впоследствии, все они прокляли тот день, поскольку посчитали и запись, и сам факт записи, делом неудачным и ненужным, тем не менее, остался документ эпохи, первый верстовой столб No Wave и — идеальный промо-сборник для знакомства с динозаврами стиля.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Rosa Yemen - Rosa Yemen EP (1978)

Не одними американцами, впрочем, обошлось дело: француженка Лиззи Мерсье Деклу еще в 1975 г задружилась с Патти Смит и Ричардом Хеллом, в то время иконами нью-йоркского авангарда, а двумя годами позже и вовсе переехала из родных пенатов, посетила множество концертов и прониклась.

Результатом стала её пусть недолгая, но крайне живописная музыкальная карьера, а дебютом — этот ЕР, выпущенный под именем йеменской розы совместно с гитаристом Д.Дж.Барнсом. Эти 6 треков, уложенные в 9 минут — одна из лучших пластинок No Wave благодаря не столько агрессивности звучания, сколько оригинальности.

Абстрактный гитарный стрёкот, постукивания ногами и эмоционирующая в широком вокальном и лингвистическом диапазоне Деклу — явление незабываемое.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Teenage Jesus and The Jerks - Everything (1995)

В 1977 году Лидия Ланч не была такой как сейчас, прожженной и пропитой трущобной хищницей с безуминкой в голове, в своем творчестве легко сочетающей поэтические речитативы, суровый нойз-рок и коктейльный джаз, а вполне себе 16-летней школьницей, сердце которой, говоря сакраментально, требовало перемен.

Перемены случились, благодаря ним г-жа Ланч сейчас практически идеальный пример, как из человека сделать арт-объект во всех смыслах, а тогда она просто хотела самовыразиться, для чего и собрала группу Teenage Jesus and The Jerks, которая из всех проектов No Wave была ближе всего к панк-року, пропуская и так не особо гладкий гитарный звук через мясорубку примочек, превращающих его в лютый скрежет.

Собственно, что-то такое она делает и сейчас, только благозвучнее, под именем Big Sexy Noise.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Mars - 78+ (1986)

Проект Mars был создан в 1975 г. вокалистом Саммером Крейном; вскоре трубач Марк Каннингэм стал основным генератором идей в группе. В течение 1977-78 гг. группа записывает несколько мини-альбомов и синглов, и, в общем, на этом их дискография и заканчивается.

Собранные по сусекам студийные записи, лайвы, ауттейки и демо неоднократно переиздаются в последующем, сохраняя для истории неоднозначное творчество иконы No Wave.

Впрочем, почему же неоднозначное — творческая концепция No Wave состоит в том, что нет никак творческих концепций, а только сиюминутное, которое может выражаться всеми доступными средствами. Из доступного участники Mars пользуются пещерным нойзовым грохотом; он и вокальный рев всех участников группы и составляет основу саунда группы.

Первобытный шаманский ритм задает вектор движения, рвущие динамики атональные гитары напоминают электросварку, отсутствие минимальной мелодии (тоже отрицаемой) — музыка Mars как панцер-дивизия вермахта, мрачная и беспощадная, своим лязгом проносится по ушам и мозгу слушателя.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Theoretical Girls - Theoretical Record (1978-1981) (2002)

Теоретически девушки, а практически — вполне себе мужики.

С именем гитариста и композитора Гленна Бранки тесно связана история авангардной музыки конца прошлого века, его своеобразный «минимализм», построенный не на количестве музыкальных средств, а на экономном использований мелодий, со временем стал визитной карточкой No Wave: двухаккордный гитарный грохот и поныне ассоциируют с этим движением.

Свои идеи Бранка опробовал и откатал в своем первом проекте Theoretical Girls, основанном сразу по переезду в Нью-Йорк, который за три года существования вполне смог уместиться на двух стульях одновременно, играя энергичный и вполне стандартный панк-рок нестандартными средствами превращенный в шумовой авангард.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

DNA - DNA On DNA (2004)

Еще одно громкое имя в современной экспериментальной музыке, Арто Линдсей, в конце 70-х был скромным бразильским эмигрантом, влившимся в андеграунд Восточного побережья и привнесшим в него влияние латиноамериканской музыки.

Созданный им проект DNA отличался особым саундом: на грубом и жестком ритме свободно разгуливали гитарные импровизации, зачастую бессодержательные, не особо шумовые, но весьма хаотичные (вледствии принципиального отсутствия настройки), навеянные черным фанком и боссановой, а сам Линдсей со своим пронзительным блюзовым вокалом больше не пел, а изрыгал мантры, словно одержимый всеми бесами сразу.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

James Chance & The Contortions - Buy (1979)

На рубеже 80-х в особой нью-йорской дивизии сумасшедших особого некомплекта никогда не наблюдалось, но среди прочих особенно выделялся безумный саксофонист Джеймс Ченс, он же Джеймс Уайт (IRL Джеймс Сигфрид), который в составе данной дивизии мог претендовать если не на должность командира, то на роль главного разведчика точно.

Приехав в Нью-Йорк, Ченс быстро стал звездой местной авангардной сцены, чему немало поспособствовали его экстравагантный гардероб, страстная любовь к фри-джазу и желание помахать кулаками и порушить.

Поиграв с Teenage Jesus & The Jerks Лидии Ланч и собрав группу The Contortions, Ченс записывает дебютный альбом «Buy», который сразу стал культовым в художественной среде, а ретроспективно — одной из важнейших пластинок жанра No Wave.

Любовь Ченса к черному саунду и обусловила звучание James Chance & The Contortions: это диссонантный, крайне хаотичный и по-хорошему сумасшедший панк-джаз, изрядно насыщенный упругим фанковым ритмом, ну и, естественно, увешанный дикими саксофонными запилами. Собственно, запилы как ничто другое символизируют характер самого Ченса, а через него — и звучание группы.

По слухам, на заре карьеры он часто любил прорываться на сцену во время выступления левых групп и скрашивать их унылый и скучный, по его понятиям, сет-лист шизофреничными саксофонными соло, от чего получал моральное удовлетворения для себя и зрителей, а также тумаков от музыкантов.

В дальнейшем традиция тумаков продолжилась и на собственных концертах, которые часто начинались провокативным поведением Ченса, а заканчивались дракой с аудиторией.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Bush Tetras - Boom in the Night (1995)

Женское крыло No Wave, а равно и продолжение традиции использования фанка представляет квартет Bush Tetras.

Их можно назвать одними из первых звезд стиля в коммерческом понимании: поднявшись на клубных выступлениях, Bush Tetras изрядно наделали шуму, несмотря на то, что выпустили всего несколько EP и пару кассет с прифанкованной танцевальной музыкой.

Они дебютировали в 1980 году с EP «Too many creeps», заглавная песня с которого стала их самым лучшим хитом; песня достигла даже танцевального чарта Биллборда, постоянно крутилась в клубах и пережила десятки ремиксов.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

The Birthday Party - Prayers on Fire (1981)

Зеленый континент одарил нас множеством хороших музыкантов, но вот эти, сами понимаете, одни из лучших и самые знаменитые.

Переехавший в Лондон оркестр креативных наркоманов Boys Next Door под руководством Николаса Эдварда Кейва ничего нового, однако, не позаимствовал на культурной европейской почве, наоборот — привнес свои немалые влияния.

Утробный гул австралийского пост-панка, замешанного на блюзе и локальных традициях, генетически никак не был связан с нью-йоркским движением No Wave, но при этом вполне был им — видимо, идеи носились в воздухе по обе стороны Тихого океана.

Сменив название на The Birthday Party, Кейв и компания записывают под этим именем самые важные ранние работы, беспощадно смешивая в своем саунде хаотичный арт-панк и шум, облагороженные диковатой вокальной харизмой Кейва.

*   *   *   *   *   *   *   *   *

Blurt - Blurt (1982)

Альт-саксофониста Теда Милтона, в общем, я считаю самым адским джазменом во всей истории музыки, а сконцентрированный вокруг него проект Blurt — одним из лучших проявлений панк-джаза, приближенного к No Wave.

Blurt можно описать парой фраз: неистовый рёв и дикие саксофонные импровизации.

Несмотря на то, что с подобными дефинициями ассоциируется только первобытное состояния, музыка Blurt имела в себе определенную культурную составляющую: похожая на James Chance & The Contortions, группа в качестве основы имела импровизационный джаз Джона Зорна и Орнетта Коулмена, а глуховатая и агрессивная ритм-секция отсылала к This Heat.

Дебют, переизданный в 2009 году с синглами, исчерпывающе демонстрирует творческий метод Милтона, пусть и диковатый по нынешним временам, но безмерно обаятельный.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Sonic Youth - Bad Moon Ricing (1985)

Sonic Youth вообще не нуждаются в представлении, но в рамках данного дискурса стоит пояснить: корни группы глубоко уходят в No Wave (участники группы, Тёрстон Мур и Ли Ранальдо в свое время активно поиграли с Арто Линдсеем из DNA, например), и именно они стали своего рода популяризатором движения, которое в их трактовке превратилось в шершавый импровизационный рок.

«Bad Moon Rising» можно назвать концом эпохи движения: в отличие от шумовых экспериментов на мини-альбоме «Confusion Is Sex», здесь Sonic Youth сместились в сторону концептуального рока, звучащего пусть и мягче, но все же еще не совсем уютно.

Всё меняется — и «Bad Moon Rising», как благородный сплав старой идеи и новых веяний, является концом старого No Wave и началом нового.

*   *   *   *   *   *   *   *   *   *

UT - In Gut's House (1988)

Вот она, долгожданная аннигиляция: нью-йоркское женское трио UT, впоследствии перебравшееся в Лондон и тусовавшееся с The Fall и The Birthday Party, на дебюте 1985 года «Conviction» и последующем альбоме «In Gut’s House» (1988) последовательно смешивают панк-рок, пост-панк, новую волну и No Wave.

Казалось бы всё, конец, но делают девушки это столь обаятельно, что таким могильщикам с No Wave стоит только радоваться.

Разденься для убийцы / Nude per l`assassino / Strip nude for your killer (1975)

 

Режиссёр: Андреа Бьянки. В ролях: Эдвидж Фенек, Нино Кастельнуово, Феми Бенуccи, Зольви Штубинг, Аманда, Франко Диоджене, Лучио Комо, Эрна Шурер

Некая девушка-модель решилась на аборт, но все пошло кувырком и она умерла прямо на операционном столе. Врач и его знакомый фотограф Карло пытаются выдать это за несчастный случай.

Через некоторое время в городе начинает орудовать таинственный убийца в мотоциклетном шлеме. Все свое внимание убийца сосредоточил на модельном агентстве "Альбатрос", где работает Карло. Сотрудники агентства погибают один за другим...

Этот фильм - причудливая смесь Giallo и Sexplotation, двух жанров, которые буйным цветом расцвели в Италии в семидесятые. И если Ардженто, Мартино и Фульчи в своих фильмах больше места уделяли патологии и саспенсу, то Андреа Бьянки был настроен по отношению к обычному зрителю намного более дружелюбно.

Эта его работа заметно проигрывает лучшим образцам Giallo в интриге и логике поступков - Бьянки был ремесленником, а не визионером. Лучшая характеристика фильма - представьте, что было бы, если Джесс Франко в 1975 году сделал фильм по мотивам Шести женщин для убийцы Марио Бавы.

Феми Бенусси и Нино Кастельнуово - Ты сними, сними меня, фотограф...

Бьянки до краев переполнил фильм телами итальянских красавиц. По моему, ни одна героиня не избежала участи пройтись перед зрителем в чем мать родила. При этом картина не переходит грани допустимого, и смотреть на синьорин - одно удовольствие.

К тому же складывается впечатление, что все работницы агентства отовариваются в одном и том же магазине женского нижнего белья...

Эдвидж Фенек - Два бездонных океана глаз..

Главная приманка фильма - это безусловно Эдвидж Фенек. Семидесятые были ее временем. Глазастая и до невозможности сексуальная Фенек без остановки снималась как в легких эротических комедиях, так и в Giallo.

Как я уже говорил, картина Бьянки являет собой смесь и того, и другого. У Фенек здесь необычно короткая прическа, да и роль ей досталась неплохая - в общем любителям этой актрисы есть на что посмотреть.

Пройдемся по другим персонажам. Роль бабника-фотографа Карло играет звезда "Шербурских Зонтиков" Нино Кастельнуово.

Его герой не обременен большим умом, но обаятелен и не вызывает раздражения. Весьма примечательны диалоги Карло с героиней Фенек Магдой про то, какой кофе лучше пить - с молоком или без.

Общеизвестен факт, что Квентин Тарантино является большим фанатом Эдвидж Фенек и собрал полную коллекцию ее фильмов. Так вот, мне кажется, что и убийца в мотоциклетном шлеме и диалоги про кофе перекочевали в фильмы Тарантино прямиком отсюда.

Очень колоритная пара получилась из хозяйки "Альбатроса" Гизеллы и ее похотливого мужа-импотента. Этот пузан, похожий на писателя Дмитрия Быкова, затаскивает наивных дурочек-моделей к себе домой и пытается их изнасиловать. Однако мужик терпит постыдное фиаско и долго бродит по дому в мощнейших белых труселях с резиновой бабой в руках и приговаривает - "только с тобой у меня все получается".

Его супруга переключилась на женщин и не пропускает ни одной юбки в своем агентстве. В ее постели быстро оказывается новенькая модель в исполнении шикарной Феми Бенусси. Стоит отметить, что ранее героиня Феми уже прошла через койку фотографа Карло. У Карло так же связь с его ассистенткой Магдой.

И лишь один престарелый педераст Марио уже не ищет кому бы присунуть. В общем, Италия во всей ее красе...

Из этого сборища весьма сомнительных личностей до финала доживает буквально пара человек. Кто - не скажу, смотрите кино и сами все узнаете.

Композитор Берто Писано написал к фильму отличный лаунжевый саундтрек, еще лет 10 назад подобную архивную музыку переиздавали пачками.

Любопытный факт - и Феми Бенусси и Эдвидж Фенек ранее снимались у отца жанра Giallo Марио Бавы. Феми - в Топоре для новобрачной, а Эдвидж - в Пяти куклах для августовской луны. Оба фильма вышли в одном и том же 1970 году. Однако встретились в одном кадре эти две знойные красавицы только спустя целую пятилетку.

Несколько слов нужно добавить и про дальнейшую судьбу режиссера Андреа Бьянки. Забавно, но если перевести его имя и фамилию на русский, получится Андрей Белый. Итальянец не скупясь наградил бабника-фотографа Карло, которому "любая даст", фамилией Бьянки.

Наверное, Разденься для убийцы это лучшее, что он снял. Далее последовала скандальная "Малабимба" - в титрах остроумный синьор Бьянки обозначил себя как Эндрю Уайт. Фильм весьма напоминает работы испанца Франко - замок, монахиня, молоденькая девочка, злой дух и много сцен на грани (и за гранью) порно.

Дальше мода качнулась в сторону зомби и наш герой отметился безобразным и бестолковым творением "Могильный холм" (1980). Извините меня, фанаты мясных хорроров, но зрелище это крайне унылое. Я сам люблю Фульчи и Ромеро, фильмы которых здесь ободраны как липка. Лучше уж пересмотреть оригиналы.

Ну а после "Холма" Бьянки и вовсе переключился на съемки порнофильмов.

Однако вернемся в 1975 год к предмету нашего сегодняшнего интереса.

Если вы любите фильмы, где есть саспенс и неожиданные повороты сюжета, не факт, что вам сюда. Фильм Бьянки сильно уступает образцам жанра, он скорее предназначен всем любителям европейского винтажного кино "с перчинкой".

Доктор Уильям С. Верховцев

Наталья Медведева - Интервью (1995).

 

Старинное и редкое интервью певицы и писательницы Наталии Медведевой. Во всяком случае, ни на одном ресурсе, посвященном Медведевой, я этой публикации не нашел. Пришлось восполнять пробелы.

В тексте имеются явные неточности, но я ничего менять не стал.

Беседовала Елена Левина. Опубликовано в газете "Комсомольская Правда" 15 декабря 1995 года.

Представляю, как она может шокировать своей на редкость экстравагантной внешностью. Нездешним лицом - с резким овалом и жестким росчерком скул. Хрипатым голосом - заезжей французской певички. Манерами с налетом пошлости и кокетства. Женщина-вамп с повадками дикой, грациозной кошки. От ее коготков на всякий случай хочется держаться подальше.

Когда она вышла на мой звонок, я онемела. Дверь открыла изящная - под 180 сантиметров - жгучая брюнетка с нагло выбритым виском: "А по-моему забавно, правда?"

- Наташа, это что - тоже способ самоутверждения?

- Мне не нужно было самоутверждаться, я родилась в Питере. И всегда чувствовала себя принадлежащей городу с имперскими площадями и дворцами. Вот она - я! Иду по Невскому, и все смотрят. Мое рождение совпало со смертью отца. Я всегда была избалованным и любимым ребенком. Хорошенькая, красивенькая. И в маминых воспоминаниях я выгляжу какой-то сумасшедшей, которая все время прыгает, пляшет, песенки поет, стишки рассказывает и говорит: "Хлопайте, хлопайте...". Но, наверное, с возрастом у меня возникла внутренняя обида на то, что я вся свелась только к этому.

- На Западе Вы были манекенщицей, певицей, опубликовали несколько книг. А в России больше известны как жена Эдуарда Лимонова. Почему?

- В России в этом году вышло несколько моих романов - "Отель Калифорния", "В стране чудес", "Любовь с алкоголем", "Моя борьба". Все - в ужасных бульварных обложках. И без всяких серьезных рецензий. Хватит рекламировать мою личную жизнь. Я ее и так уже отрекламировала в своих собственных произведениях. Больше, чем хотела сказать, никто уже не скажет. А мне говорят: "Ой, рецензия - это же так ску-у-чно...". Так это смотря как писать. Кишками все должно делаться...

 

- Свои книги Вы именно так и делали?

- Писала эмоционально, страстно, и по крайней мере о том, что действительно волновало. А Владимов, Гладилин, Войнович и даже Аксенов - это все одна серия. Старо, архаично, скучно и неинтересно. Хотя Аксенов - как мужик и как человек - наверное, очень даже неплохой. Он прислал мне в Париж восторженное письмо по поводу моей первой книжки "Мама, я жулика люблю". Главный герой не был диссидентом и не пытался взорвать Советский Союз. А просто рассказывал историю, которая могла произойти с кем угодно в какой угодно стране. Первая любовь, подросток.

Только не надо все описанное мной воспринимать буквально. На Западе вопросов "А в самом ли деле Вы спали с тем-то и так-то?" не задают. Сексуальная тема - это просто способ выхода на иной уровень общения. Интимные отношения, несмотря ни на что, остаются самыми честными.

- А как насчет детей?

- У меня возникали серьезные мысли - иметь ребенка или не иметь. Просто побоялась. Представила себя совершенно безумной мамашей. От этого и ребенку было бы плохо, и мне. Если бы у меня был сын, то я бы с ним спала. Абсолютно точно. Это была бы жуткая, истеричная, сумасшедшая любовь: "Моё, не отдам!". А дочь я бы, наверное, убила. Из ревности.

Неожиданно отворилась дверь, и возник некто. Красивый, обаятельный, юный. Сергей Высокосов, солист "Коррозии металла". Он же - хозяин скромной однокомнатной квартиры, в которой не так давно поселилась Наталья Медведева. Молодой человек вежливо поздоровался и удалился на кухню. Наталья - счастливая и смущенная - выпорхнула за ним. Пошептаться. 

- Судя по тому, какой бурной была ваша жизнь, встряски, скандалы и прочие неординарные ситуации были необходимы для самовыражения в творчестве?

- Вообще-то радоваться и получать кайф от интеллектуального труда не многим дано. Легче получать удовольствие от физических действий в той же постели. Ощущение себя Богом, вершителем мира легче всего достигается во время оргазма.

- Но от этого тоже быстро устаешь.

- Это потому, что за этим процессом не следует никаких ответов на вопросы. Все остается, как и прежде. И вы возвращаетесь в исходную точку отсчета - к самому себе.

- Подозреваю, что Ваш талант самовыражения распространялся не только на музыку и литературу. Страсть, любовь и постель - всем нам это зачем-то нужно. 

- Это всегда бесконечный поиск себя в ком-то, через кого-то. Поиск так называемой родной души, чтобы найти в ней собственное отражение и слиться. Стать одним целым. Ради этого ощущения, наверное, можно умереть.

- Можно. Если не пытаться искать в каждом мужчине родственную душу. А иначе всей жизни не хватит. В вашей случалось много мужчин?

- Никогда не жила иллюзиями. Могла четко и трезво оценивать людей. Даже тех, к кому испытывала много эмоциональных и страстных чувств. И вообще у меня интуитивное отношение к людям. И я, как говорят, "чую" тех, с кем становлюсь близка. Со стороны это, наверное, выглядит ужасно, когда он и она принюхиваются друг к другу и смотрят волками. И все думают - зачем такая пара создается...

Не знаю, как выглядело со стороны то, что происходило во время интервью. Зацепившись взглядами, мы откровенно изучали друг друга. Принюхивались. Бессовестно просчитывая - на что способна каждая из нас. Идеальная линия ног, шикарный разворот бедра, едва прикрытого тряпочкой шорт, - все это могло наповал сразить любого мужика. И зацепить даму. И сбить ее немножечко с толку. Кажется, к интервью Наталья Медведева подготовилась серьезно.

- Наташа, а, кстати, кто в доме посуду моет?

- Сережа моет. Жаль, что он он недавно сбрил бороду и внешне сильно изменился. Сергей Высокосов человек очень страстный. У него есть свой артистический образ. Вот на стене фотография - такой он на сцене. А в жизни он совсем другой. Разговаривает очень тихим голосом. Вежливый. Спокойный. Уравновешенный. И с интересами, которые показались бы очень странными его поклонникам и фанатам. Сергей серьезно увлечен эзотерическими чтениями.

- Это ничего, что мы его прогнали на кухню и он там бедненький один сидит? У вас с ним это серьезно?

После долгой паузы и выразительного взгляда, коим Наталья буквально вдавила меня в кресло, вопросов можно было уже не задавать и выключать диктофон.

- А вы думаете, что у меня была очень серьезная влюбленность в жизни с Лимоновым? Да, тринадцать лет вместе - ну и что? В материальном плане это была ужасно нестабильная и бедная жизнь. Да и в отношениях у нас не было чего-то ровного. И не должно быть по-другому. Это для большинства - поженились, и всё. А для меня это смерти подобно. Человек сам меняется, так почему это не должно отражаться на совместной жизни с кем-то? Только тогда возможны новые повороты.

- Хорошо, когда остается время на эксперименты, но время идет. Вам не страшно стареть?

- Конечно, это не очень симпатично - лет в шестьдесят посмотреть на свою фотографию в тридцатилетнем возрасте, а потом на себя в зеркало: "Какой ужас!". У меня есть способ отвлечения от этих мыслей. Я всегда думаю, что в крайнем случае можно покончить с собой. И эта мысль очень помогает, если на ней, конечно, не зацикливаться, не развивать. Это выход. Спасение. Особенно когда уже ничего не помогает. Думаешь - ну ладно, черт с ним! Если уж ничего не получится, покончу с собой.

- Но пока, кажется, получается...

- Я уж не знаю, может Лимонов накаркал. Только, когда я ушла, он меня проклял. Сказал, что это мой крах и чтоб я сдохла. И чтоб вообще у меня ничего не получилось. И у меня действительно последнее время полоса непрухи жуткой. В отличие от моих личных отношений, моя общественная деятельность - в ней очень много неудач. Когда пытаются организовать мое выступление, говорят - ну кто же на неё придёт?

- На Западе все было иначе, и на Медведеву собирались толпы?

- Я работала в знаменитых и престижных заведениях. И описывала иронично и цинично тот же ресторан "Распутин". Но на самом деле это не забегаловка, а шик, блеск. Оркестр - 20 человек, артисты выходят один за другим все в шикарных нарядах. И всё в стиле декаданс, в легкой дымке, и глаза у дам поблёскивают. Мечта любой женщины - возлежать в бархатном платье и с длинным мундштуком, и чтобы мужики вокруг - штабелями. И я возлежала. На рояле. В Лос-Анджелесе, в ресторане "Эрмитаж". Исполняла французские песни, английские блюзы. Но сейчас мне неинтересно петь чьи-то песни.


- О Вас говорят много разного. Что у Медведевой - второй жены Лимонова - была интимная связь с первой - графиней де Карли (Козловой - Щаповой). Это правда?

- Не вижу в этом ничего криминального. Скорее это было любопытство вперемешку с ревностью, завистью. Елене был посвящен роман и много стихов. А мне - ни одного. Лимонов не так давно спросил: "Когда вернешься, не надоело ещё?". Я ему предложила - сделай что-нибудь героическое, посвяти мне номер своей "Лимонки". А насчет Елены - да, было. И она пошла на это с большой радостью. Думаю, что мы с Эдуардом были самыми яркими персонажами в её жизни.

- Вы в России уже год. За это время уже сложились какие-то устойчивые привычки?

- Одно дело жить во Франции и сидеть дома, и совсем другое - здесь. У нас даже стола лишнего нет. Только раздвижной, на кухне. Зато вон у Сергея сколько всякого барахла в квартире. Провода какие-то... Ужас! Здесь представить себя пишущей роман? Какой, зачем? Кто его будет издавать? Литературный рынок в России - это обычный "привоз". Одесса-мама. Здесь трудно обеспечить гарантированный заработок. Что, я на работу ходить, что ли, буду? И сколько мне за это будут платить? Всё урывками - там напечатаешь, здесь. Всё это не в кайф. Я привыкла к довольно скромному быту, но все-таки стабильному. Надо иметь фортепьяно и нормальную крышу над головой.

- И как же быть?

Громко, в сторону кухни:

- Как быть, как быть. Надо грабить банки. Вот Сергей как раз идет тренироваться. Ехать во Францию? Но меня там долго не было, потерялись все связи. Необходим начальный капитал, чтобы выжить. Как мы живем здесь? Мы едим мало мяса, слава Богу. И совсем не едим сала. Так и передайте Лимонову...

Наталия Медведева умерла в 2003 году. Ей было 44 года