Bill Drummond & Jimmy Cauty, The KLF. Photo by Kevin Cummins

Ненавижу всех, кто обзывает «дерьмом» и «дрянью» всё, что мы сделали с Джимми – ты изобретаешь красивую ложь, осуждаешь, истекаешь кровью, отдаёшь своему делу всего себя, а эти мудилы считают, что это такой прикол, что это ты так дурачишься. Развлекаешься. Я не дурачусь. Ненавижу дурачиться. Сама идея дурачества бесит меня настолько, что мне сразу хочется кого- нибудь стукнуть.

В прошлом году мы с Джимми сняли два клипа. На «Justified and Ancient» и «America: What Time is Love». Снимали на Pinewood, самой большой киностудии в Европе (самой большой – по площади крытых съёмочных павильонов). У нас было всё: массовка в несколько тысяч, викинговские корабли, Тэмми Уиннет, декорации, грандиозные, как падение Римской империи, передвижные буфеты, чтобы накормить пять тысяч человек, виннебаго, дельные техники, которые тут же бросались исполнять каждую нашу прихоть. И зачем мы всё это затеяли? Мы это делали не для себя. Мы это делали для MTV.

Всё, больше об этом ни слова; иначе я точно кого-нибудь пришибу. Меня всё бесило, буквально всё. Эти съёмки меня сокрушили, убили. Я был абсолютно беспомощным, замороженным. Всё в жизни рушилось, и я ничего не мог сделать. Я, конечно, пытался держаться; делал вид, что я знаю, что происходит. Но я продержался не дольше трёх месяцев, а потом неизбежно сорвался, впал в помешательство и очнулся в Мексике, на вершине пирамиды, на высоте 12 000 футов над уровнем моря, где я в одиночестве встречал рассвет.

Я проехал по Мексике 2000 миль, я не ел и не спал двое суток, и оказался в итоге на окраине Браун-свилля. Я бродил, неприкаянный, в темноте. Густой ночной воздух был жарким и душным; в кронах деревьев громко кричали какие-то экзотические птицы. Там были блинные и пиццерии, стейк-хаусы и гамбургер-бары. Всё как будто кричало: «Это всё – для тебя! Всё, что ты хочешь, и даже больше!» Все эти бедные мексиканцы, которые рвутся сюда через границу… ради чего? Ради этого?!

Что-то прошуршало в траве у меня под ногами. Я глянул вниз. Что-то там шевелилось. Змея. Длиной футов в пять. Она посмотрела на меня, на миг наши взгляды встретились, а потом она уползла. Насовсем. Я нашёл телефон-автомат. Позвонил Джимми за счёт вызываемого абонента и сказал ему, что со мной всё в порядке.

Билл Драммонд,  «Дурная Мудрость» / «Bad Wisdom»

Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • HTML-теги запрещены
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании текста

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
G
h
6
8
X
8
Введите код без пробелов и с учетом верхнего/нижнего регистра.