Дмитрий Быков — Сто Лет Odin'очества (Часть 4)

Фрагменты программы "Один" на Радио "Эхо Москвы"

27 апреля и 4 мая 2018 г.    Ведущий - Дмитрий Быков

— Какой смысл путешествия капитана Уилларда в логово полковника Курца в фильме Копполы «Апокалипсис сегодня»?

Ну, видите, тут собственно довольно очевидная история — тут как раз путешествие вглубь безумия. И очень сильно отличается этот фильм от литературного оригинала, от «Сердца тьмы» Конрада. Это именно… Ну, метафорически это, конечно, путешествие в сердце тьмы, это путешествие в лабиринт безумия, в глубокую человеческую психологию, бездонную.

Это, наверное, самое глубокое и самое интересное произведение Конрада. Хотя я больше всего люблю «Шторм», вот этот «Тайфун», но эта вещь тоже замечательная и, пожалуй, самая фантастичная, самая яркая у него. Сердце тьмы — это ведь не конкретное безумие конкретного полковника. Сердце тьмы — это то ядро зла, то ядро безумия, которое присутствует в человеческой психике вообще.

Вот мы думали… не мы думали, а гуманисты, просветители, вообще адепты просвещения думали, что человек по природе своей добр, что естественно для человека быть хорошим, как у Руссо. А вот путешествие в «Сердце тьмы» рассказывает нам о том, что на дне человеческой души существует кровавая магма, которая там плещет, и кипит, и булькает; и что для человека, когда он раскрепощает себя, естественно убивать и естественно выстраивать то тоталитарное государство-армию, которое выстраивает Курц, которое выстраивает Марлон Брандо в фильме. Потому что «Apocalypse Now»… Ведь что такое апокалипсис? Это не катастрофа. Апокалипсис — это откровение.

И фильм Копполы потому и имеет такое великое значение (может быть, не оцененное до сих пор), он потому и вложил в этот фильм такие средства, поставил на кон все, рискнул, три года существовал в режиме производственного ада. Это сделано было потому, что он пережил тоже откровение.

Вьетнам, во многих отношениях еще Корея, а в главном отношении еще и Вторая мировая война действительно подарила человечеству откровение, колоссальное откровение человеческой природе о том, что человек по своей природе добр, о том, что под маской просвещения может скрываться фашизм, и более того, о том, что тоталитаризм для большинства людей — это уютный естественный строй.

Вьетнамская война, которая там взята конкретно, а по большому счету любая война — она не снимает, как я уже много раз говорил, проблемы, а она просто отвлекает человека самым сильным наркотиком, она развязывает в нем жажду убийства, жажду подчинять и повиноваться. А жажда подчинять и повиноваться — это одно и то же явление. Это есть в человеческой природе.

Dennis Hopper   Apocalypse Now  1979   Directed by Francis Ford Coppola

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Вот это и есть сердце тьмы. И путешествие к этому сердцу тьмы по Амазонке, не по Амазонке… Ну, какая уж там Амазонка? Конечно, путешествие по некой таинственной азиатской реке. Вот это путешествие по страшному вьетнамскому горящему миру — это и есть в некотором смысле метафора путешествия по нашей внутренней Амазонке, кишащей совсем не рыбами-ангелами, а кишащей пираньями.

Разумеется, для Копполы важнее всего во Вьетнамской войне, вообще в азиатских войнах, вообще в войнах второй половины XX века, для него вот главное откровение — это то, что естественным состоянием человека, как сформулировал Михаил Успенский, является фашизм (не патологическим, а естественным состоянием). Вот что с этим делать — это вопрос отдельный.

Я, кстати, тут вот давеча делал текст о Набокове для «Дилетанта». И там, мне кажется, я сделал не то чтобы литературное открытие, а мне кажется, что я обнаружил набоковское литературное открытие. Дело в том, что русская литература все-таки всю жизнь полагала, будто фашизм исходит от сверхчеловеков. А Набоков в «Под знаком незаконнорожденных» первым (идя отчасти, конечно, по стопам Гоголя, по следам «Шинели») увидел в маленьком человеке самую грозную опасность.

Честертон говорил, что обыватель стоит на пути у фашизма. А Набоков первым показал, что обыватель — это питательная среда фашизма, что обыватель — это начало фашизма. И мне думается, что если бы в конторе Акакия Акакиевича нашелся человек с шинелью более грязной, чем у него, Акакий Акакиевич принимал бы участие в его травле. Может быть, я не прав. Может, я заблуждаюсь.

Но Набоков показал, что вот этот господин Этермон условный — такой кумир Игнатия Скотомы, малый человек, человек массы, человек среды — он более опасен в смысле фашизма, чем, например, Ницше. От Ницше фашизм не рождается. Фашизм рождается от заурядности, от нормальности. Фашизм — это бунт униженных, а не бунт возвышенных сверхчеловеков.

Фашизм — это наслаждение подпольного человека. А подпольный человек — это именно следующая стадия в развитии маленького человека, это господин Голядкин. Вот оттуда начинается фашизм. Сладкий сок унижения и нарушения моральных норм, который для себя в своем подполье реализует маленький человек.

Фашизм не от Гумбертов происходит, фашизм происходит от тех, кто травит Гумбертов. Вот это, по-моему, довольно важная набоковская загадка.

Sue Lyon & James Mason   Lolita  1962   Directed by Stanley Kubrick

*    *    *    *    *    *    *    *    *    *

Оригинал программы от 27 апреля (полностью)

Оригинал программ от 4 мая (полностью)

Комментарии

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
  • HTML-теги запрещены
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании текста

CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
U
H
N
a
1
t
Введите код без пробелов и с учетом верхнего/нижнего регистра.